– Так он жив? – удивился Бел.
– А, я же не рассказала... Да, его душа продолжает жить, она закрепилась за озером, на котором мы познакомились и играли в детстве. Рен сейчас говорит с ним.
– Я читал что-то об этом. Душа закрепилась за предмет, который демон любил при жизни? Но, в таком случае, Асмодея можно воскресить.
– Воскресить?! – воскликнула я.
– Да. Если отдать чью-то душу взамен. «Поменять местами мёртвого и живого», так сказать.
– Понятно… Но мы не можем пойти на такое…
– Вообще-то, вполне можем, – неожиданно возразил Бел. – Мы уже знаем, что для убийства Эрвина необходимо убить меня, так? Для воскрешения Асмодея нужно связать его душу с живой душой, и после смерти живого Асмодей воскреснет. Что мы теряем? Одной моей смертью мы победим врага и воскресим друга. Так почему бы нет?
– Но… Бел… Неужели ты готов умереть ради мира, который тебе даже не родной? Ради демонов, которые тебе не семья?
– Семья, – ответил он, сев рядом и обняв меня. – Вы как раз моя семья. Я не думаю, что кровные узы так важны для того, чтобы быть семьёй и дорожить кем-то. Я просто люблю вас всех и очень хочу, чтобы вы были счастливы.
– Счастливы? Да как мы можем быть счастливы, если ты умрёшь?!
– Если я не умру, вы тоже не сможете спокойно жить. Эрвин вам этого не позволит. Прошёл год, уже почти полтора, а он всё ещё ничего не предпринял. Это значит лишь то, что он тщательно готовится, и у вас не будет шансов. А я, как последняя частичка его души, своей смертью сделаю его уязвимым, и ему будет достаточно лишь удара в сердце или другой жизненно важный орган.
– Но… Бел… ты ведь будешь мёртв, ты понимаешь? Ты представляешь, что такое смерть?
– Представляю, Лю, не переживай. Я представляю. Но я действительно хочу помочь дорогим мне существам. Ты мне родная, словно сестра, а Рен и Айрес как братья. Я очень хочу спасти вас от Эрвина.
– Я этого не вынесу, Бел! – воскликнула я и вскочила с кровати. – Я не вынесу твоей смерти! Пожалуйста, не говори таких ужасных вещей!
– Хорошо, хорошо, прости. Больше не буду, – ответил он, ласково улыбнувшись.
Он действительно стал похож на Рена. Рен всегда во всём соглашается со мной, но зачастую всё равно делает по-своему. Я могу лишь надеяться, что Бел не совершит эту ошибку.
– На днях я задумался о том, ради кого я живу. Вот ты. Ради кого ты живёшь, Лю? – задумчиво спросил Бельфегор.
– Ради кого? Даже не знаю... Наверное, ради сына. Ради Рена. Ради себя, в конце концов. А ты?
– А я вот так до конца и не понял. Но, поселившись здесь, в Аду, я почувствовал себя дома. Будто я наконец-то обрёл настоящий дом.
– Ад – место вообще хорошее, – сказал Айрес, неожиданно вошедший в комнату вместе с Лилиан.
– О, и ты тут? – усмехнулся Бел. – А это, стало быть, наш злейший враг, известный также как ребёнок Асмодея?
Лилиан с недоверием посмотрела на Бела, не зная, как реагировать на его слова.
– Она не враг, – твёрдо возразил Айрес. – Так о чём вы говорили? О смысле жизни?
– Вроде того, – ответил Бел. – Но у тебя рано такое спрашивать, ты ещё слишком маленький.
– Мне, вообще-то, 118! Ты на сотню лет младше меня, так что не строй из себя знатока жизни, – обиженно проговорил Айрес, поглядывая на меня.
– Он человек, Айрес, – вмешалась я. – По крайней мере, был им. 17 лет для человека – это как лет 500 для демона, так что опыта у него побольше будет.
– Вот именно, – с наигранной гордостью согласился Бел, вызвав смех и у себя, и у меня.
– Я, наверное, никогда вас не пойму, странные вы, – всё также обиженно говорил Айрес.
– Поймёшь, – заверила я. – Тебе просто повезло больше, чем всем нам: ты не терял близких, тебе не приходилось выбирать, не приходилось жертвовать собой. Радуйся, что ты не пережил всё это.
Лилиан с интересом наблюдала за каждым говорящим, анализируя все наши слова. По её лицу было видно, что она заинтересована в разговоре, но боится вставить что-то своё, потому что понимает, что мы все старше и опытнее, и не хочет выглядеть глупой.
– Кстати, давно хотел спросить, – неожиданно вмешался Бел. – Как и демоны, и ангелы умудряются обманывать время? Рен узнал о «реинкарнации» Эрвина и переродился в мире людей следом за ним, но оказалось в итоге так, что Рен был на пару лет старше меня. Да и Эрвин, если вспомнить, сказал, что ангел, сделавший его человеком, отправил его на 4 тысячи лет вперёд, а потом Эрвин, став вновь демоном, приковал себя к ядру Ада, и сделал это, судя по всему, после возвращения в свою эпоху. Что за магия такая со временными промежутками?
– Это самое простое, Бел, – улыбнулась я. – Основные природные стихии подчиняются демонам по определению, равно как и время. Его можно поворачивать вспять так, как тебе самому хочется.
– Тогда почему Эрвин, вернувшись в своё время, не предотвратил всё произошедшее с ним?
– Почему ты спрашиваешь меня? – удивилась я. – Это его дело, а не моё. Но, в общем-то, в этом нет смысла. Он столько пережил и столько сделал, чтобы вернуться и всё отменить? Смысла не будет в такой жизни, если постоянно исправлять свои ошибки.
– Папа тоже всегда так говорил, – наконец, вставила Лилиан.
Мне нечего было ответить на это, потому что я опять вспомнила Асмодея и всё, что с ним произошло. Внутри опять что-то задрожало от сожаления.
– Что это за шум? – прислушиваясь, спросил Бел.
Мы вышли из комнаты и оглядели коридор. В поле зрения было пусто, шум шёл с первого этажа. Мы спустились вниз и прошли ещё один коридор. Дойдя до библиотеки, мы увидели, что дверь приоткрыта, а необычные звуки доносятся именно из-за неё. Войдя внутрь, мы ужаснулись: все книги были разбросаны по полу, книжные стеллажи были перевёрнуты и частично сломаны, как и столы со стульями. Внутри первого зала никого не было, и мы пошли во второй. Войдя во второй зал, мы увидели Мэй, прижавшуюся к стенке.
– Что ты здесь делаешь? – спросила я с некоторой злостью.
– Лю… Посмотри туда… – с ужасом в голосе перебил Бел, поворачивая меня лицом в другую сторону.
Повернувшись, я поняла, почему Бел так шокирован, а Мэй жмётся к стене. Посреди библиотечного зала шло сражение Рена и Эрвина.
Бел испуганно отшатнулся назад. Силы Эрвина и Рена были настолько велики, что это испугало даже меня. Айрес и Лилиан застыли в дверном проёме, с ужасом осматривая происходящее, не в силах сдвинуться с места.
Любимая стихия Рена – огонь, и он активно использует её в серьёзных сражениях. Сейчас, сражаясь против Эрвина, Рен создавал множество огненных сфер, которые тут же летели в сторону противника. Но, насколько бы ни был большим урон, наносимый Реном, который ни разу не промахнулся, Эрвин всё же стоял на ногах и ухмылялся. Оно и понятно: Эрвин не умрёт, пока жив Бел.
После очередной атаки, когда Рен изрядно устал и слегка замедлил создание сфер, Эрвин, очередной раз ухмыльнувшись, обрушил на Рена град из молний.
Несмотря на то, что Рен был сильнее Эрвина, что-то шло не так. Эрвин не уставал, хотя схватка шла уже долго, и Рен был изрядно измотан. На нём почти не осталось живого места.
Я должна что-то сделать, должна помочь, но я ведь знаю, что, если не справлюсь с силой, могу убить их всех. Ненавижу быть такой беспомощной!
– РЕН! – воскликнула я, увидев, что всё его тело изранено молниями Эрвина.
– ДАЖЕ НЕ ВЗДУМАЙ ВМЕШИВАТЬСЯ! – завопил Рен, видя моё желание помочь. – Я САМ РАЗБЕРУСЬ!
– Как я могу просто стоять?! – негодующе вскрикнула я и начала концентрировать магию в руках, чтобы нанести удар.
– СТОЙ НА МЕСТЕ, Я СКАЗАЛ! НЕ СМЕЙ В ЭТО ЛЕЗТЬ! – озлобленно закричал Рен, и страх перед его гневом тут же загнал магию обратно вглубь меня. – Я НЕ ПОЗВОЛЮ ТЕБЕ ВЫСВОБОДИТЬ СИЛУ, ДАЖЕ ЕСЛИ МНЕ ПРИДЁТСЯ УМЕРЕТЬ ТУТ!
Я ужаснулась, но поняла его. Если я не справлюсь с силой, то просто взорву весь Ад. Мне пришлось стоять и смотреть, как Рену всё хуже и хуже. Я ничего не могла сделать.
Через несколько минут Рен уже едва стоял на ногах, на его теле не осталось ни единого живого места. Любимой атакой Эрвина были молнии, тысячи молний, разрезающих плоть. Ещё удар – и Рен мёртв. Что угодно, только не это. Ни за что.
– РЕН! – не своим голосом закричала я и побежала в его сторону.
В эту секунду молнии Эрвина уже летели в сторону Рена, предвещая его быструю и болезненную смерть. Успею ли я?..