Ами тяжело вздохнул и замолчал на несколько секунд, видимо, решая, стоит ли говорить. Но мне казалось, что у меня было право знать. Возможно, он подумал так же.
– Да жили они замечательно, души друг в друге не чаяли целых два тысячелетия, пока в какой-то момент Люси не приспичило завести ребёнка. Рен никогда не одобрял эту затею, будучи уверенным, что из плохого сына вырастает плохой отец. Помня о том, как с ним обращался Лео, Рен не выносил даже мысли о том, что может сам стать таким же монстром в чьих-то маленьких глазах. Но отговаривать Люси было бесполезно: она буквально горела этой идеей. После родов она была всё так же увлечена ребёнком, она любила Вас, Айрес, больше всего на свете. Однако Рен, вбивший себе в голову, что никогда не станет хорошим отцом, не испытывал к Вам никаких чувств. Хотя, вернее будет сказать, что он прятал их от себя самого, свято веря в то, что их и быть не может. Как только подворачивался случай, Люси говорила о сыне, а Рен не мог этого слушать. В тот год весь Ад трясся от страха, потому что Король ушёл в политику настолько глубоко, что новые законы издавались чуть ли не каждую неделю. И тут всё понятно: она с сыном, он – с Королевством. Люси мечтала о полной, счастливой семье, она думала, что раз Рен любит её, то полюбит и сына, которого она ему родила. Однако увидев, что всё идёт совсем по другому сценарию, она была очень подавлена. Много раз я наблюдал, как поздно вечером она плакала, сидя возле Вас, пока Рен был занят государственными делами. Это должно было как-то разрешиться, вот и разрешилось: случайно наткнувшись на мальчика, влюбившегося в её неземную красоту и доброту, она решила, что, наверное, пора менять что-то в жизни, плакать-то надоело. И поменяла.
У меня не нашлось слов в ответ. Отец не любил меня... потому что сам был нелюбимым сыном? Или всё же любил, но боялся в этом признаться? Поверить не могу, насколько всё вокруг на самом деле отличается от моего восприятия.
– Если хотите знать моё мнение, – продолжал Ами, – Люси едва ли сама осознавала смысл своих действий. Она импульсивна, ей просто в какой-то момент показалось, что так будет правильно, вот она так и поступила. Они жили счастливо, потому что Рен старался быть идеальным, во всём ей угождать и уступать, и она привыкла. Но нормальное отношение к ребёнку было для Рена непосильным, тут-то его идеальный образ и рассыпался. Люси искала возможность это исправить, но не находила. А потом подвернулся шанс бросить всё и сбежать. Вы только полюбуйтесь, секунда малодушия – а какой итог.
– И почему же она вернулась сейчас? – спросил Бел, ошарашенный этой историей.
– Потому что любит его, разве не очевидно? – улыбнулся Ами. – Женщины вообще весьма непостоянны, но в данном случае он сам изменился, ведь так, принц Айрес? С её приходом он стал заметно теплее к Вам? Сложно сказать, что именно в его голове перемкнуло, но с высоты своего опыта могу сказать, что он просто смирился с тем, что Вы, его сын, – частичка души Люси. А раз он любит её, он не может отвергать Вас.
– Стало быть, я лишь частичка мамы? Отдельную личность во мне никто не видит?
– Это вам стоит узнать из первоисточника, – ответил Ами и резко замолчал. Сначала он закрыл глаза на пару секунд и напрягся, пытаясь что-то почувствовать, потом широко открыл и с ужасом прокричал: «ОНИ УБИЛИ ЕЁ! ОНА МЕРТВА!»
Глава III. Она мертва
ВЫДЕРЖКИ ИЗ ЧЁРНОГО ДНЕВНИКА РЕНА.
Блеск в глазах Люси быстро исчез, она лежала, словно сломанная кукла. Глядя на неё, я чувствовал, что силы постепенно покидали и моё тело...