- А переводчиком в телефоне ты не пробовал воспользоваться?
И мозгами в голове тоже!
- Точно, переводчик! - обрадовался Харольд, словно ребёнок, получивший конфету. - Данке шён!..*
И отключился.
Вот же козёл. Сидит там в тепле и уюте, а мне ещё домой по пробкам тащиться. И в магазин бы заехать. Если этот чёрт кукурузный решил у меня поселиться, то...
А хотя...
Хрен ему, а не пропитание. У меня в квартире не постоялый двор с полным пансионом. И не оллинклюзив с пятью звёздами. Сам припёрся без предупреждения - сам пусть жратву себе и добывает. Нам с Германом хватит ещё на пару дней тех продуктов, что я в воскресенье закупила.
Когда через полтора часа я, голодная и злая, ввалилась наконец в свой подъезд, самым сильным моим желанием было...
Нет, у меня было два желания. Есть и убивать. И я не могла сказать, какое из них превалировало. Всё-таки наверное последнее. Потому что эти долбанные пробки меня реально достали!
- Хёрст ду, Херман? Унзере мама ист гекоммен,** - донеслось из кухни, которую явно оккупировал мой супружник. - Бист ду фро?***
Бист-бист-за@бист!
Это он о чём вообще?
- Ты чего, - спросила без предисловия, - устроил малому урок иностранного языка, что ли? Не рановато?
В кухне царила полная идиллия. Герман сидел в стульчике для кормления и играл половником и толкушкой для пюре, а Харольд в светло-бежевых джинсах, белоснежной рубашке-поло и моём фартуке колдовал у плиты.
- Лидийя, добрый вечер! - ничуть не смутился моих слов этот малахольный. - Я читал, что если с детьми с рождения говорить несколькими языками, то они потом их все знают. Я могу учить Хермана немецкому.
Ну ёперный же балет!
- Мой сын не Херман, а ГГГерман! - зарычала на придурка, очень вовремя решившего показать свой акцент. - Это вы там все херры, а мой сын - нормальный! Понял? И вообще, ты когда уезжаешь?
- В воскресенье... - не очень понял тонкости произношения Харольд, наконец оторвавшись от стряпни. - А что?
- А то, дорогой, - я особенно ядовито выделила последнее слово, - что вряд ли за шесть дней неразговаривающий восьмимесячный ребёнок выучит твой расчудесный немецкий! Ему б на русском хоть начать говорить!
Голубые глаза на холёном лице посмотрели на меня непонимающе и слегка обиженно. А я что? Я озвучила ему актуальную реальность. Он тут недельку поразвлекается и укатит в свои дальние Херрмании. Хорошо хоть сын ещё маленький, не успеет привязаться.
- Ты мне лучше скажи, няня приходила?..
-----
* Danke schön! - Большое спасибо!
** Hörst du, Herman? Unsere Mama ist gekommen. - Слышишь, Герман? Наша мама пришла.
*** Bist du froh? - Ты рад?
* 11 *
Оказалось, что няня приходила, Харольд, как мог, что-то ей объяснил, потом (о горе мне) спрятал "столовое серебро" и посетил ближайший супермаркет, пока эта тётка следила за спящим Германом. Потом они попили чай и он договорился, что завтра она придёт когда ей удобно. Господи, ну какой же придурок!
- Я завтра в девять часов утром встречаюсь с Романом, но нахмиттаг* буду свободен.
- Нах - чего? - я аж поперхнулась. - Нах - это когда? В полночь? Так в полночь и я с ним могу побыть!
Тоже мне, супер-заботливый папаша!..
- Нах-мит-таг - это после середины дня, - по слогам объяснил мне Харольд, состроив оскорблённое лицо. - Я буду с Херм... с Германом. А ты можешь ехать работать.
Могу, значит? Серьёзно? Он разрешает?
Открыла было рот, чтобы высказать, что я думаю о его разрешениях, но в этот момент Герка с нереальным грохотом и звоном смахнул все свои чудо-игрушки на пол. Настолько громко, что я даже зажмурилась в первый момент. А потом усмехнулась про себя.
Вот же, блин! Тоже мне, защитник малолетний нашёлся! Решил мужскую солидарность проявить, не иначе.
- Я ужин приготовил, - всё ещё обиженно засопел Харольд, даже не подозревая, какая буря его миновала.
Ладно, пусть живёт пока.
- И что у нас на ужин?
- Пель-ме-ни, - чуть ли не с благоговением снова по слогам изрёк муж, поднимая крышку с супницы.
Ну понятно. Что же ещё может сделать среднестатистический мужик, кроме пельменей и яичницы?
- Я пельмени не ем, - не стала поощрять самолюбование импортного говнюка. - Тем более на ужин. Только салат.
Ну и пусть из-под крышки тянуло невыносимо вкусно. Так, что аж живот в узелок скручивало и слюну приходилось сглатывать чуть ли не ежеминутно. Сказала - салат, значит будет салат!
Харольд вылупился на меня, как на пришельца, наверняка не понимая моего стремления к правильному питанию. Ну конечно, это ж не его задница после беременности и родов ни в один костюм не влазит!