Еще одиннадцать раз звенел звонок, и каждый был для Марги сюрпризом.
Прорабом единогласно избрали Клава.
— Начнем, — Клав, взобравшись на лестницу, распределял работу. — Прежде всего надо освободить помещение.
Все небольшие вещи — столы, стулья, телевизор, торшер — вынесли к соседям. Сложнее оказалось справиться с массивным трехдверным шкафом — он словно прирос к полу.
— Надо чуть сдвинуть его с места и подложить под каждую ножку картофелину, — посоветовал Даумант. — Мы дома всегда так делаем.
Когда появился отец Марги, скрипач симфонического оркестра, работа уже шла полным ходом. Ребята сдвинули мебель на середину комнаты, девочки тщательно укрыли ее бумагой и старой ненужной одеждой. Паркетный пол посыпали толстым слоем опилок. Клав, стоя на лесенке, мыл потолок. Девочки визжали, когда до них долетали грязные брызги.
— За ночь потолки высохнут. Завтра утром мы с отцом придем пораньше и побелим, — закончив работу, пообещал Клав.
— Вот не знал, что у моей дочери такие славные товарищи, — не мог нарадоваться отец Марги.
— Мы и сами этого не знали, — смеялись восьмиклассники. Наутро Марга с отцом, разложив на полу пакеты с мелом и плитки столярного клея, изучали книжку «Ремонт квартиры».
— Количество указанного в рецепте клея растворяют в литре воды, — читала Марта.
— Не маловато ли? — усомнился отец. — Лучше возьмем два — смотри, сколько здесь клея.
К счастью, в этот момент появился Клав со своим отцом. Узкая ладонь скрипача потонула в широкой руке маляра.
— Уж в этом оркестре разрешите нам с Клавом играть первую скрипку, — смех Клявиня раскатился по пустым комнатам.
Вскоре клей был готов, краска размешана, и наступил самый ответственный момент — побелка потолков.
— Можно я, папа? — попросил Клав.
— Ну, смотри, мастер, не опозорь фирму.
Клав приступил к делу. Мелкие брызги равномерно покрывали грязный, весь в пятнах потолок.
— Ловко у тебя получается! — восхищались подошедшие к этому времени ребята.
— Наловчился, прошлым летом отлично помог нашей бригаде, — с гордостью произнес отец Клава.
— Дай и нам попробовать! — просили ребята.
— Ничего не получится, — отмахивался Клав. — Напортите еще, а позор-то нам.
Углы и самые грязные места побелил сам мастер.
Работа была в разгаре, когда, всем на удивление, явилась Зайга. На ней был элегантный ярко-красный брючный костюм.
— Заходящее солнце над морем, — объявил Петерис.
— Вырядилась, словно на демонстрацию мод, — Клав с прошлого года не переносил Зайгу. — Посмотрим, во что ты превратишься к вечеру.
Зайга как староста считала своей обязанностью участвовать во всех классных мероприятиях. И нынешнее она собиралась подробно осветить в классном дневнике под заголовком «Так поступают настоящие советские школьники».
— Я сказала родителям, что весь класс в обязательном порядке должен идти на оперу «Чудо святого Маврикия», — сообщила Зайга, гордясь своим подвигом.
— Плохо сделала, — не унимался Клав.
— Почему это?
— Во-первых, хорошие детки не обманывают своих родителей, и, во-вторых, от лжи седеют. Много будешь врать, скоро состаришься.
— Ты, птенчик, отстал от жизни. Сейчас седые девочки в моде. Ой, до чего же у вас грязно! — щебетала Зайга. — Я, правда, ничего в этом деле не понимаю, но вы меня научите, да?
— Зачем же ты пришла? Сидела бы дома и зубрила. Схватишь еще тройку, мы же и виноваты будем, — приговаривал Клав, небрежно размахивая кистью, отчего брызги летели во все стороны.
— Скажи ему, Марга, чтобы он замолчал! — Зайга готова была заплакать.
— Пойдем на кухню, — успокаивала ее Марга. — Там не так грязно. Картошку чистить, надеюсь, ты умеешь?
— Не так чтобы очень, — призналась Зайга.
Марга вручила Зайге передник, острый кухонный ножик и усадила ее за работу.
Из комнаты доносились смех и шутки. Зайга, вконец разобиженная, со злостью кромсала картошку и глотала слезы. Она пожалела, что пришла вообще, но уходить сейчас было неудобно.
Коль хочет жена, Чтобы муж не сердился. Стараться должна, Чтобы пол не пылился, — пропел Клав, когда с потолками было покончено. Девочки сняли с мебели бумагу, тряпки, вымели белые мокрые опилки.
— Послушай, Клав, а на маляра трудно выучиться? — поинтересовался Юрис.
— Ты что же, менять профессию собрался?
— Не темни, отвечай по существу.
— Время, конечно, потребуется. Вначале ставят на подсобные работы — смывать старую краску: удовольствие, если честно, ниже среднего, но зато когда доверят красить, даже интересно. В нашей бригаде больше молодые ребята. Каждую квартиру мы сами населяем жильцами. Решаем, например, что в той двухкомнатной квартире будут жить молодожены, радостные, счастливые. Спальню тогда красим в розовый, столовую — в светло-зеленый. В однокомнатной квартире, положим, поселится ученый, страшно серьезный, такому, кроме книг, ничего не надо. Тут красим стены в спокойный серый или бежевый цвет.
— А сколько ты зарабатывал? — снова задал вопрос Юрис.
— Сотню в месяц, а то и больше.
— А что, ребята, повкалываем следующим летом? Работа костей не ломит, как говорит мой предок. Еще и деньжатами разживемся, — Гирт Лея загорелся очередной идеей.
— Лето-то еще вон где! Но кто твердо решит, записывайтесь у меня, — сказал Клав. — Я со своими переговорю.
Отец Клава изучал старые обои.
— Сразу настоящий мастер виден, — похвалил он. — Новые можно прямо на них клеить.
Сварили два ведра клея, и работа развернулась на два фронта. Девочки тщательно мазали обои клеем, мальчики по двое прикладывали полосы к стене, а сам Клявинь и отец Марги крепко прижимали их щетками, тщательно выравнивая все складочки, выдавливая пузыри воздуха.
— Желаю успеха! — В дверях появился Рейнис Карлович Кадикис с большой сумкой в руках.
— Рейнис Карлович! Чуть-чуть не опоздали, — смеялись восьмиклассники. — Посмотрите, мы уже почти закончили.
— Но ведь главное-то — угощение — от меня не уйдет?
— Не знаю, как другие, а я б сейчас быка съела, — призналась Марга.
— И я. И я.
— Обеденный перерыв! — объявил отец Марги.
— Э, нет, сколько уж здесь осталось! Совсем, можно сказать, ничего! — запротестовал мастер. — Девчата пусть едой займутся, а мы, мужчины, закончим клеить.
Марта и Рита вызвались сварить картошку и приготовить чай, Даце и Анна взялись испечь в духовке охотничьи колбаски.
Зайга сражалась с последними картофелинами. Большая кастрюля была полна доверху.
— Ну ты и молодчина! Все, как волки, проголодались. Теперь мы с Маргой здесь похозяйничаем, а ты помоги Байбе вымыть полы, — распорядилась Рита. — Да брюки закатай, а то испачкаешь.
— Я все время думаю о маме, — призналась Марга, когда они с Ритой остались в кухне вдвоем. — Папа тоже все на телефон смотрит. Знакомая докторша из больницы обещала сразу же позвонить, как только что-нибудь станет известно.
Вскоре последняя полоса обоев была наклеена. Из духовки аппетитно пахло запеченными на шампурах колбасками.
Байба и Зайга мыли полы. У Байбы работа спорилась. Зайга же держала мокрую половую тряпку кончиками пальцев и не знала, что с ней делать.
— Ты что, дома не помогаешь? — удивилась Байба.
— Зачем? Дома мама и тетя.
— А что ты сама делаешь?
— Как — что делаю? — брови Зайги взметнулись от удивления. — Учусь, конечно, и читаю. Играю на пианино.
— Счастливая! А мне приходится квартиру убирать, а часто и обед варить.