- Ты помнишь, что пью, - выдохнула я.
- И это плохо?
- Нет, что ты! Просто непривычно.
- Господи, что творится у тебя в голове. Я работаю в кофейне и потом на память не жалуюсь. Дурак может запомнить.
- Но не все! – покачала головой.
- Хорошо, считай это восьмым чудом света, - усмехнулся президент.
Он поставил кружку с ароматным напитком на прилавок, а я протянула карту для безналичного расчета.
- Когда тебя восстановят в должности? Еще не было обсуждения?
- Нет. Не так много времени прошло. Наверное, вердикт узнаю после фестиваля. Ты же участвуешь в нем?
- Угу. Бег на дальней дистанции, - вздохнула обреченно.
- Думаю, ты справишься, - проговорил Дима и вернул мне карту.
- Почему?
- Не любишь проигрывать, а это тоже состязание, хоть и не в любимом спорте, - ответил президент, чем снова поверг меня в шок. Он так хорошо меня знал?!
У Димы зазвонил телефон, и он поспешно ответил на вызов. Разговор был короткий, но я заметила, как президент менялся в лице после того, как ответил на звонок.
- Куда приехать? Какой участок? – нервно спросил он и сжал кулак.
Я молча смотрела на него, пытаясь услышать, о чем говорили на том конце трубки.
- Хорошо, - Дима сбросил вызов, и его взгляд начал метаться по кофейне.
Он глянул на часы, потом снова прошелся по посетителям.
- Что случилось? – спросила у него.
- Кое-что неприятное, - коротко ответил он и подозвал Марину. – Мне надо уехать ненадолго, справишься сама?
Стипендиантка сначала испугалась, а потом уверенно кивнула.
- Если что, звони, - проговорил Дима, снимая находу фартук.
Президент выскочил из кофейни, и я поспешила за ним.
- Я могу подвезти, если хочешь? – предложила помощь.
- Не стоит, сам доберусь, - на секунду он заколебался. Видимо, взвешивая все «за» и «против»
- Со мной будет быстрее. Если, конечно, спешишь… - настаивать не собиралась, давая ему самому сделать выбор.
- Хорошо. Спасибо, - кивнул Дима.
Я разблокировала машину и села за руль. Президент занял пассажирское место спереди.
- Куда едем? – уточнила у него, заводя двигатель.
- В полицейский участок, - ответил Дима, пристегивая ремень безопасности.
Я хотела было спросить, зачем туда, но не стала. Надо, так надо. Включив поворотник, выехала с обочины. Всю дорогу молчали. Я боялась заговорить, да и президент не горел желанием завязывать беседу. Он выглядел очень обеспокоенным. Мне хотелось его как-то успокоить, но не знала как.
Через какое-то время, мы заехали на территорию полиции. Как только я припарковалась, Дима отстегнул ремень безопасности и выскочил из машины.
- Спасибо, можешь ехать, - бросил он и поспешил в участок.
Я задумчиво постучала пальчиком по рулю, решая, как поступить. Заглушив двигатель, вышла из авто и направилась к зданию, из которого то выходили, то входили люди в форме. В полиции не была ни разу, и она для меня всегда казалась пугающей. С самими представителями закона имела дела только раз, когда попала в аварию. Находясь в больнице на лечении, давала показания. Чувства остались неприятные после допроса.
Войдя в участок, глазами поискала Диму. Он стоял возле одного из столов, за которым работали офицеры. Напротив полицейского на стуле сидел какой-то парень с опущенной головой.
Я подошла ближе, не решаясь окликнуть Диму.
- Администрация школы написала заявление. Это порча имущества. Помимо восстановления окон, вы обязаны оплатить административный штраф. Этот пацан уже попадался нам. Почему никто за ним не следит? Где ваши родители. Мне с ними надо провести беседу? Снова за ним приходит старший брат, - ругался офицер, тряся указательным пальцев в воздухе.
- Их нет в живых. Я его официальный опекун, поэтому можете говорить со мной, - спокойно ответил Дима.
- Так объясните вашему брату, что бить стекла – это хулиганство. Ты – маленький вредитель! Еще одно замечание, и мы поставим его на учет. Заполните бумаги и можете идти, - бросил полицейский. – Неужели нет никого из взрослых, кто бы мог его воспитывать. Порки ему не хватает.
- Офицер, вы переступаете границу дозволенного, - предупредил Дима, читая бумаги.