Парни загоготали и увлекли нас внутрь курбатовского двора. Здесь было шумно и людно. Играла музыка. Переливались всеми цветами радуги гирлянды с крупными лампочками. Столы, составленные в один длинный, ломились от еды.
Правда занята была лишь половина мест. Большинство гостей гуляли по саду, разговаривали и танцевали.
Петька в окружении своих сослуживцев вёл меня куда-то внутрь. Нам навстречу то и дело кто-то выходил из тени яблонь и умилялся тому, как хорошо мы смотримся вместе.
Сначала я пыталась объяснить, но бросила эту бесполезную затею. На мои робкие возражения никто не обращал внимания. А вырываться и кричать было глупо. Поэтому я позволила событиям идти своим чередом.
Я же решила присмотреться к Петьке? Вот и буду присматриваться.
Тем более что сегодня он был корректен, не позволял себе ничего лишнего. И вообще вёл себя как джентльмен. Почти.
- Ната, доченька, - из темноты вдруг вынырнула Курбатова.
Рядом с ней шёл мой отец. Я напряглась, как из-за самой встречи, так и из-за обращения. Не рановато ли?
- Хорошо, что ты пришла. А твой папа сказал, что ты приболела, - тётя Света укоризненно уставилась на Виноградного. Но он смотрел невозмутимо. Моего отца вообще трудно чем-нибудь смутить.
- Мне стало лучше, - голос осип, пришлось откашляться.
Отец смотрел на меня, пытаясь по выражению лица угадать настроение. Но я пока и сама не знала, поэтому не была готова что-то ему сказать. И старалась прятать взгляд, делая вид, что рассматриваю фонарики.
Гирлянды и правда развесили удачно. Они освещали стол и яблони на расстоянии нескольких метров, остальная часть сада утопала в густых сумерках. Есть, где уединиться и отдохнуть от суеты праздника.
- Ната, я хотел с тобой поговорить, - мой отец не привык отступать.
Я почувствовала прикосновение к своему плечу и быстро шагнула к Петьке, тут же оказавшись в крепких объятиях. Но сейчас мне нужна была защита. Пусть и такая.
- Прости, пап, позже. Петя обещал показать мне свою форму. Да, Петь?
Я боялась, что Курбатов показательно удивится. Но он вдруг подыграл мне.
- Извините, Валерий Палыч, мы с Натой как раз шли в мою комнату. Ваш разговор не подождёт?
Отец внимательно посмотрел на меня, потом перевёл взгляд на Петьку. Я делала вид, что мне очень нравится с ним обниматься. А сама хотела лишь одного – уйти от шума голосов и дурацкой музыки из девяностых.
- Конечно, подождёт, - наконец согласился отец. И Петька увлёк меня к дому.
- Спасибо, что спас, - пробормотала я, вдруг осознавая, что теперь осталась с Курбатовым наедине. И между нами и другими людьми толстый слой густой темноты.
Я попыталась освободиться из его объятий. И Петька вдруг отступил, выпуская меня. Это было так неожиданно. По обнажённым рукам скользнул лёгкий ветерок, и я задрожала, обхватывая себя за плечи.
- Нат, - Курбатов смотрел прямо на меня, - давай поговорим начистоту?
Отступать было некуда. Впереди – крыльцо дома. Позади – огни праздника. Я кивнула. Начистоту, так начистоту.
- Нат, ты мне очень нравишься, - голос у Петьки стал грудным, глубоким, обволакивающим. Он сделал небольшой шаг ко мне. Но оказался вдруг слишком близко. На меня пахнуло жаром. Или он шёл изнутри?
Широкие ладони обхватили мои плечи и слегка сжали.
- Нат, давай попробуем, а? Если тебе что-то не понравится, просто скажи, чтоб я остановился…
Курбатов сделал многозначительную паузу и медленно начал склоняться ко мне. Сейчас был тот самый момент, когда следовало сказать, чтобы он остановился. Но я почему-то молчала. Будто что-то застряло в горле, не выпуская слова.
Петька задержался ещё на долю секунды, а потом склонился ко мне и накрыл мои губы своими.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов