- Эрнест, позови кого-нибудь, пусть приберутся здесь, - молвил мужчина, смотря на вошедшего вампира с каштановыми волосами и родинкой на лбу.
- Да, мой Лорд. К вам прибыла Виктория Вольтери, чтобы обсудить несколько вопросов, связанных с её территорией.
- Хорошо, - русоволосый спокойно вышел из кабинета, даже не посмотрев в сторону горничной, которая до сих пор была без сознания. Он знал, что не убил Сашу, а этого было достаточно. Вальдо использовал её словно вещь и собирался сделать это вновь, абсолютно не волнуясь о её чувствах...
Спустя несколько часов
Сознание стало возвращаться к смертной, а с ним и головная боль. Зрение ещё полностью не восстановилось, поэтому весь мир казался расплывчатым и поблекшим. Всё тело окутала слабость, а место укуса неприятно стягивало. В помещении раздался болезненный стон, а позже звук от удара: девушка свалилась с дивана, не в силах совладать с головокружением. Когда зрение пришло в норму, Александра оглянулась и поняла, что здесь совершенно одна. На столике стоял кувшин с водой и доверху налитый стакан. Шатенка припала губами к стеклянной поверхности и начала с неистовой скоростью глотать воду, которая обволакивала изнутри своей прохладой.
Фролова чувствовала себя просто отвратительно. Злость бурлила в ней, словно лава в жерле вулкана, а в янтарных глазах виднелось отвращение. Горничная чувствовала себя использованной и напуганной, ведь как бы она не старалась оттолкнуть кровопийцу, всё было тщетно. Он растоптал вдребезги её гордость и унизил своим превосходством, окончательно разрушил образ «правильного аристократа», придерживающегося правил. Смертная уважала Вальдо за его политику, отношение к людям - он ценил их труд, творчество, способности, и считала вампира исключением из правил; на деле алоглазый оказался таким же кровососом, как и все остальные.
Не допив необходимую для организма воду, смертная с яростью кинула стакан в стену, от чего тот разлетелся на мелкие осколки. Она кое-как поднялась и на ватных ногах ринулась к выходу. Александра дрожала, плакала, но не останавливалась. Сейчас служанке было плевать на косые взгляды в её сторону и невыносимую слабость: шатенка крепко прижала ладонь к месту укуса, стыдясь ран от клыков больше всего на свете, Фролова неслась по ступеням, спотыкаясь каждые пять секунд, но не останавливалась... Свежий воздух ударил в лицо, отрезвляя беженку и напоминая о том, что сейчас уже вечер и на улице довольно прохладно. Она мгновенно покрылась мурашками и ускорила темп, чувствуя адское жжение в горле, но желания отдышаться или передохнуть не было.
Девушка даже и не догадывалась, что за ней сейчас наблюдают. Правитель стоял возле окна и безразлично смотрел вдаль, не отводя взгляда от удаляющегося силуэта. Возле мужчины находилась вампирша с огромным бюстом и кудрявыми чёрными волосами, которые практически доставали до поясницы. Её выражение лица и поза выдавали желание, смешанное с похотью и жаждой. Они так долго беседовали про восстания и распределение продукции, что Виктория чуть с ума не сошла от непомерной скуки. Всеми делами занимается её заместитель, девушка лишь для галочки считается правителем своей области, так как является дворянкой. Единственное, зачем брюнетка явилась сюда, так это чтобы соблазнить своего господина.
- М-м-м, вы так холодны... Может, уделите мне несколько часиков вашего бесценного времени, - сексуальный голос был пропитан ядом и резал слух бессмертного.
Брюнетка несмело коснулась плеч Джиллеса и прижалась бёдрами к его паху, но аристократ даже глазом не повёл, продолжая смотреть в окно. Вольтери недовольно дёрнула бровью, но не отступила, а принялась расстёгивать белоснежную рубашку Лорда, на что получила бездушный взгляд алых глаз. Вампирша вздрогнула от столь явного равнодушия к своей персоне и сделала шаг назад, понимая, что совершила ошибку.
- Г-господин, простите, я...
- Ты мне не интересна. Пошла вон, и чтобы больше не заявлялась сюда без необходимости, - взгляд Джиллеса стал серьёзными и наводил страх. Девушка торопливо поклонилась и выбежала прочь - ей очень повезло, что бессмертный не убил её за такую дерзость.
Алоглазый снял свою перчатку и прикоснулся кончиками пальцев к собственным губам, вспоминая пьянящий вкус крови. Он не мог избавиться от ощущения неудовлетворённости, и Вальдо действительно не помешала бы разрядка, однако Виктория не возбуждала его... Сейчас мужчина лишь отчаянно желал вновь сделать глоток запретного напитка.