Глава 1
- Мам, я вещи вывесила, огород полила, кур закрыла. Можно я теперь пойду на улицу?
Как же бесит, что каждый раз надо отпрашиваться в восемнадцать лет выйти вечером гулять на улицу и встретиться с друзьями. Бесит, но я привыкла. Мама воспитала меня одна, совмещая работу, небольшой дом с огородом и еще кучей всего, что может вытянуть любая женщина, которая обожает своего ребёнка.
— Ладно, иди. Только давай не до утра, завтра еще огород поливать будем, жара стоит и днем, и ночью...
Последних слов я ее, конечно же, не слышу, потому что так орать из-под куста смородины никакие связки не выдержат.
Я, конечно, еще днем предлагала ей, что сама соберу все, но получила категорический отказ со словами: «Мне нужно на ночь абстрагироваться от всего, меня это успокаивает». Как ни странно, но меня тоже. Есть в этом некий сеанс психотерапии.
Бегу скорей принимаю летний душ, потому что вода за день нагрелась до парного молока, и в такую погоду это самое то.
Надеваю новые джинсы с дырками, где видны мои колени. Мама сначала отказалась покупать такой срам, мол, что люди скажут, как оборванка будешь, и всё в таком стиле. Мне пришлось очень долго доказывать, что это модно и стильно, и молодежь в городе ходит именно так, и вообще это писк моды. Ну и, конечно, добавила пару слез для убедительности.
Наверх белая футболка и джинсовая куртка. Волосы стягиваю в тугой пучок, зная, что если захочу распустить, после высыхания это будет грива прекрасных каштановых крупных кудрей. Волосы — это единственное, чем природа меня не обделила. Но я себя люблю такая, какая есть: стройная фигура, серые миндалевидные глаза, не на пол лица, но тоже очень красные, пухлые губы бантиком и слегка курносый нос.
Смотрю на себя в зеркало, подмигиваю, на пятках хочу уже было развернуться, как в дом залетает мама с глазами, полными ужаса.
— Раздевайся, ты никуда не пойдёшь.
Смотрю на нее в полном ауте и не понимаю, чем она могла там надышаться, что произошла такая смена настроения. Она, понимая мою реакцию, продолжает запыхавшимся голосом:
— Звонила Лидка, сказала, что в доме возле пруда наркоман какой-то заселился.
— Чего?
— Да, тебе говорю, то, что она сказала. Машина блатная, и хлыщ этот молодой на лавке целый день в очках просидел, ни на что не реагируя.
Начиная анализировать сказанное мамой, понимаю, что человеком с столь отвратительной зависимостью там вряд ли попахивает, дом и у речки самый большой в селе. Его строили не очень долго, но там никто так и не жил, так что вполне возможно, что люди приехали на лето подышать свежим воздухом. А теть Лида, как всегда, заняться нечем, вот всех и приписывает не пойми к кому. Подруга моя тоже, кстати, не в лучших ярлаках.
— Мама, успокойся, пожалуйста. Никаких наркоманов там нет, и я иду не одна, меня уже ждут, и если что, Лёшка меня проводит, всё будет хорошо.
Быстро целую и, не оглядываясь, несусь к выходу.
Смотрю, вся компания нашей сельской тусовки идет меня встречать. Потому что, как бы не было стыдно признаваться, кто-то боится собак, а я до усрачки индюка баб Маши, которая живёт через три дома от нас. Как только она его купила полгода назад, меня встречает кто-то из ребят.
Ленка, Артем, Леха, Кристина. Но о них потом.
А сейчас наконец-то отдыхать от экзаменов, школы, переживаний по поводу поступления.
Глава 2
Клуб как всегда забит народом. Местные, приезжие — не протолкнуться. Миф, что в селе жить скучно, можно легко развеять, посетив хотя бы раз такую дискотеку. Мы танцуем уже второй час. Ноги становятся ватными, голова кружится от дыма, в колонках у диджея хит этого лета играет уже в четвертый раз и никому еще не надоел. Местные ребята заказывают свой любимый танцевальный шансон, не скажу, что это кому-то тут не нравится, все довольны.
— Ника, пойдем подышим, я больше не могу!
Сквозь громкую музыку слышу визгливый крик Ленки, которая стоит уже мокрая, как мышь, от духоты и жары. Соглашаюсь с этой прекрасной идеей, киваю в знак согласия.
Подхватываю под руку Кристинку, и выдвигаемся в сторону выхода.
На улице сейчас не лучше, наверное, все плюс тридцать, погода последнюю неделю стоит адская. Но глоток хоть и горячего, но свежего воздуха не помешает. Народ даже на улице не успокаивается, гудит. Идем к ближайшей лавочке и дружно на нее садимся. Болтаем о своем. Кристинка рассказывает о своей сессии, она нас с Леной на год старше и уже окончила первый курс института, учится на ветеринара. Кристи со своими данными могла бы пойти работать моделью, с виду напоминает ангела. Красота, нежность, легкость, скромность — это всё про нее.
С Ленкой мы с первого класса за одной партой просидели. Она самая настоящая оторва. Но, в отличие от Кристи, красота ее другая. Узкое овальное лицо, на половине которого находятся глаза темно-коричневого цвета, ночью они принимают почти черный оттенок. Лицо обрамляет черное аккуратное каре выше плеч. Еще, наверное, с самого детства у нас водится такой прикол, что ее подкинули цыгане, а иначе как понимать, что в своей большой семье она самая темная. Жизнь у нее не сахар. Пьющие родители и семеро по лавкам в прямом смысле этого слова. Она старшая, и еще четыре сестры и два брата. За все годы нашей дружбы она не один раз оставалась у нас переночевать. При такой жизни, хоть и с закаленным характером и внутренним стержнем, хочется, чтобы она себя не потеряла.
— Слышали, что Лидка эта опять языком мелет? Уже по всей деревне растрепала, что наркоман у нее там поселился, не дура ли? Честное слово, мне кажется, у нее не все дома.
Ленкин разговор напоминает мне про то, что устроила мама перед выходом.
— Ну а вы знаете, может, или слышали что? Кто такой?
Ленка жмёт плечами, ей, конечно, не до этого всего. А тут уже взял чисто интерес.
Спустя минуты две тишины, Крис наконец-то говорит:
— Я видела его сегодня, на той лавочке, когда ходила к бабушке. Выглядит молодым, может, на пару лет старше нас. Но сидел он как будто спал, поза такая была.
Ленка, хихикая, подергивает бровями, явно смущая Крис.
— Что еще рассмотрела?
— Ничего, это я так говорю, что видела, и всё.
— Ой, да ладно. Приехал и приехал, хата только недавно построилась, не думаю, что надолго. Киваю в знак согласия, и продолжаем, как обычно, разговоры ни о чем.
Минут через тридцать к нам подходят ребята с заманчивым предложением искупаться в реке.
Зная технику безопасности, хочу уже отговорить от этой глупой идеи. Как Артем, понимая, что я хочу сделать, быстро сбивает мой настрой.
— Ника, посмотри, какая сегодня полная луна, видно всё как белым днем. Тем более мы собираемся пойти туда, где коттедж новый стоит, там освещение от дома хорошее и берег не крутой с ровным дном. Мы не маленькие дети, речку знаем нашу как свои пять пальцев. Пошлите, иначе пойдём в башне воды ледяной наберем и устроим конкурс мокрых маек.
Конечно, такой расклад нам не подходит. Вещи новые жалко, да и опозориться перед почти сотней человек тоже не горит.
Дружно поднимаемся и выдвигаемся в сторону реки.
Только пройдя половину пути, вспоминаю и кричу слишком громко для данного часа:
— Так, а если нас прогонят оттуда? Мне что-то не хочется идти именно в это место.
— И че? Мы ж не в дом к нему идем.
— Всё равно, вдруг там не наркоман, а маленькие дети, например, семья какая-нибудь молодая.
— Пошли, никого там в помине нет. Лидухе нашей поменьше надо трав по полям собирать, сушить и чай заваривать.
Взрываемся хохотом.
Подходя к месту назначения, замечаю, что дом действительно огромный, всё закрыто железным забором. Многое с такого расстояния не рассмотрела, но оно мне и не нужно.
Подходя к воде, быстро все раздеваемся и ныряем в воду.
Вода просто класс, пока ребята сходят с ума, чуть отхожу от них, ложусь на спину и принимаю блаженный вид, до тех пор пока у меня не закрыються глаза и я начинаю медленно уходить под воду.