Глава 13
Я орала на него, как обезумевшая, как он только посмел? Наглое хамло, только вот мозг кричит одно, а сердце просто разрывается, никогда оно еще так быстро не стучало.А еще Лешка, сколько же он еще натерпится от меня? Вот тебе и порешала проблемы, что пострадал ни в чем не виновный человек.Принимаю тактику замолчать и отвернуться к стеклу, какой черт орать, если он врубил музыку так, что даже если бы за нами гнались с мегалками и сереной, мы бы не услышали.Но как только мы подъезжаем к дому, меня прорывает.
- Ты что вообще вытворяешь? Как ты посмел его ударить? Он ни в чем не виноват?
- Он первый начал!
- Он защищал меня! Меня, Рома, потому что ты самым наглым образом схватил меня и посадил к себе, когда я русским языком сказала, что нет. Не поеду, не хочу!
- Всё? Отпустило, я не собираюсь сейчас извиняться или что-то типа этого. А теперь послушай меня, пожалуйста, ответь на два вопроса, первый — почему ты передумала? А второй — что тебя связывает с этим мотоклубом, что ты так за него топишь?
Оба вопроса ставят меня в тупик, на первый я просто не знаю, что ответить, не скажу же я, "Рома, мне тут кажется, что я начинаю в тебя влюбляться, и поэтому решила держать от тебя подальше", а на второй вопрос не знаю, зачем ему это, может, совесть проснулась и решил узнать, на кого и за что накинулся?
- Ну я приболела, что-то полистала старые записи и подумала, что это не мое, а Лешка мой друг с самого детства, и если ты его ещё хоть пальцем тронешь, обещаю, я расцарапаю тебе лицо.
- Хорошо, цап-царап. Улыбается, как довольный кот. Бесит. Но внутри всё те же бабочки.
- Но насчет гитары я тебе заставлю, короче, пока ехали, я придумал, ты обещала мне подарок, так вот, за пару недель вполне возможно научиться играть, и я хочу, чтобы это была песня в твоем исполнении. Не беспокойся, я терпеливый.
- Какая песня? О чем ты?
Я не очень хорошо умею петь, и позориться перед тобой я точно не буду.
Это вообще последнее, чего бы я хотела в своей жизни. Да, год назад я что-то еще могла промурлыкать, но чтобы петь Роме.Никогда
- Я же говорю, я терпеливый, но знай, я еще очень вредный, и если ты откажешь и подаришь что-нибудь другое, то мне возможно ничего не понравится.
- Хах, прямо-таки ничего?
- Ну в пределах приличного.
Ой, мамочки, о чем он?
- А если я ничего не подарю?
- Тогда не знаю, наверное, ты разобьёшь мне сердце.
Опять улыбки, ухмылки, чертов манипулятор. Он показывает рукой на тот самый берег, где мы впервые встретились, там сейчас стоят два небольших стульчика и такие милые большие фонарики, так красиво. Прислушиваюсь к себе. У меня впервые в жизни такие эмоции. Кажется, я уже об этом не раз говорила, и сейчас, даже после шоу с машиной и Лешкой, я не могу им сопротивляться. Хорошо, если хочет учить, пусть учит, я все равно ничему не смогу научиться в таком состоянии, но сама себя же закопаю. А может, он даже раньше уедет. Хочу ли я этого? Нет.
- Ладно, давай начнём, сыграю тебе такую песню, что уши завянут.
- А ты можешь?
- Я все могу, Роман... Как тебя по батюшке?
- Андреевич.
- Пошли, Роман Андреевич. Пот