Смотрю на часы на стене, понимаю, что пора выходить. Мама сегодня дома, поэтому от дома меня не забирают, и я сломя голову несусь по улице, боясь, что меня поймает чертов индюх. У меня даже палка в руках была, сама ее заметила, когда уже подойдя к машине, Рома на меня странно посмотрел. И нет, он не улыбался, и, как оказалось, рассматривал он не то, что было у меня в руках. А меня.
— Ну что, поехали?
— Ну ты это, только орудие выброси, а то странно как-то будет приезжать на сельское диско с такой дубиной. Или так принято?
Ну конечно, куда ж без шуток Марка, уже привыкла, если честно. А Рома все так же смотрит и молчит.
— Ой, заткнись уже, поехали, а то танцевать на улице будем, на вашей же бибике по полям не проедешь, придётся по трассе, а это время.
— Ладно, бестия, молчу, поехали. Ромааа, Ромааа, ау, вызывает земля, садись за руль и погнали, я если что сзади, так что леди прощу.
Это обращение было ко мне, ну а что, с Ромой рядом классно, об этом я и мечтала в своих постоянных снах, только сейчас он какой-то странный. Подсознание подкидывает, что я свела его с ума своей красотой, дура, честное слово.
Вся дорога занимает около сорока минут, за это время Ленка с Марком успевают чуть ли не подраться, Кристинка просто умирает со смеху с них, и только почему-то мне и Роме не так весело, он сжимает руль до того сильно, что побелели костяшки, а на лице так сильно сжимает скулы, что кажется, сейчас лопнет кожа от напряжения, и именно из-за смены поведения Ромы я сижу с ровной спиной, точно как пришибленная, стараясь лишний раз на него не смотреть. Интересно, чем вызвана его смена настроения? Таким я за все время нашего общения я еще не видела, даже в нашу первую и во вторую встречу.
Клуб полон людьми, все уже отдыхают, площадка перед клубом заставлена машинами, у кого-то играет сабвуфер так, что закладывает уши.
— Твою мать, куда я попал.
— Ой, Марк, думаю, тут еще найдется пара человек, которые захотят раскрасить твою физиономию.
— Бестия, а ты так этого и ждешь?
— Чего ждать, доведешь, сама разукрашу.
Без изменений, короче. Кристинка сразу же встречает свою двоюродную сестру, которая живёт неподалеку, и уходит к тетке ненадолго.
Ну а мы в компании двух красивых молодых парней заходим в клуб, откуда с разных сторон играет оглушительная музыка.
— Это прост пизде...
Дальше можно не продолжать, что сказал Марк, Рома же просто закрыл рот ладонью, чтобы спрятать улыбку, но она перерастает в безудержный смех над другом. Наверное, на кучу с навозом приятнее смотреть, чем на Марка на нашем досуге. Идиот, становится почему-то обидно. Уже хочу пойти танцевать и забить на них, как меня тянут назад. Они что, передумали?
Но нет, оказывается, бедный мальчик не может без горячительного, открывает бутылку чего-то белого и пьет прям из горла.
— Сейчас будет шоу. Ты пореже-то.
Он наконец-то заговорил.
— Извини, Рома, но туда я трезвый больше не зайду.
— Ага, а после этого мы оттуда тебя не уведем.
— Не-не, боюсь, и это не поможет.
Но этому просто не суждено было сбыться, потому что Марк начал отплясывать так как я иногда не видела. На самом деле они оба танцевали не так, как дрыгаются наши ребята. Их движения были не такими резкими, грубыми. И если Марк танцевал с помощь градуса и ему было весело, а как он кружил Ленку.
То Рома танцевал просто за компанию, было видно, что ему некомфортно и не нравится тут. Особенно когда его задевала какая-то полная девчонка, и явно специально, и тут я ощутила ревность. Ту самую жгучую ревность, от которой сносит крышу, не знаю, какие силы меня остановили, чтобы не вцепиться ей в волосы, наверное, то, что Рома никак не реагировал.Так мы протанцевали час, потом опять вышли на улицу к машине, смеялись, шутили, Рома даже набрал Елисея, чтобы показать, где мы, но связь была не очень. Он что-то кричал в трубку, что выезжает и обязательно спасет их задницы.
Я так смеялась и отвлеклась от всего, что даже не заметила, когда ко мне пошел Лёшка. Я даже не знала, что он тут будет.
А его взгляд как вообще меня убил.
— Ник. Пойдем потанцуем?
Смотрю на ребят, все заняты своим делом, кроме Ромы, он почему-то пристально смотрит на Лешу. Видимо, его еще не отпустило. Ну пусть и дальше дуется. не хочет приглашать — и не надо, там как раз начался медляк.
Соглашусь, заходим в клуб, Лёшка прижимает меня к себе так близко, что я ощущаю аромат спиртного, он что, пьяный?
— Леш, ты что пил?
В танце кричу ему на ухо.
— Ага, прости. Что-то так навалилось всё, а тебя увидел и прям протрезвел, ты какая красивая, Ника.
— Леш, не надо.
— Вы теперь с ними тусуетесь? Сначала один, потом второй появился, скоро все сюда переедут.
Ничего не отвечаю, просто стараюсь смотреть в одну точку, до того момента, пока Лёшка не отстраняется от меня.
— Ника, прости, то, что я сейчас сделаю, ты, может, меня возненавидишь, но я больше не могу.
И просто смотрю, как его лицо приближается к моему. И он бы меня поцеловал, если бы не сильные руки, которые просто вырвали меня от друга. Смотрю на взбешённого Рому, а потом на Лёшу, стоят сверлят друг друга взглядом. Пока Рома не шепчет на ухо моему бывшему другу, а потом резко тащит меня к выходу. Он злой, очень злой.
— Всё, стой тут и никуда не ходи больше. Поняла?
— В смысле, поняла, что ты вообще делаешь?
— защищаю твою честь, всё, Ника, я сказал.
Просто отворачивается и хватается за голову, так, как будто она у него болит. Да что с ним такое?
Ничего лучше не придумываю, как сесть обратно в машину и больше никуда не ходить. Вот это вечер.
Сижу так минут двадцать, начинает клонить в сон. И я бы так и уснула, если дверь резко не открылась, это Рома, тянет ко мне руку.
— Пошли.
— Куда?
— Танцевать. Ты же хотела медленный танец. Так что идем, я тебя приглашаю.
Кладу руку в его, заходим в центр и начинаем танцевать. И песня еще такая красивая, я ее в день по несколько раз слушаю.
Руки Ромы на моей талии, мои на его плечах, минимальное расстояние между нами, его нежные прикосновения.
Как только начинает играть припев, Рома меня нежно прижимает еще ближе и на ухо говорит, так, что я все слышу.
— Ты спрашивала. Любил ли я? Так вот.
И тут он меня целует, в губы, по-настоящему. Нежно, ласково, сначала теряюсь, потом начинаю неумело отвечать. Мой первый поцелуй, бабочки в животе сейчас просто бьются в восторге в животе, я, наверное, умерла, или как описать это чувство, что кажется, что я лечу. Уже и песня закончилась, а мы все целовались. И, наверное, это продолжились бы еще, пока нам не помешали.
— Ромааа, там Марк. Его бьют.