Глава 8
Подскальзываюсь на мокрой земле и падаю не самым лучшим образом, весь правый бок спортивного костюма, обе руки покрыты грязью, но я даже не думаю об этом, подскакиваю и несусь к тёмному силуэту, который издаёт звуки.
- Рома, ты как? Господи, ты живой, прости меня, пожалуйста, прости, я же говорила, что не умею. Нам надо в больницу, может, у тебя что сломано?
Я же говорила, со мной вообще одни неприятности.
- Ой, бля, Ника, замолчи, со мной всё нормально. Сам виноват, забыл снять с задней передачи, и сюда прилёг я тоже сам, потому что земля, сука, мокрая и скользкая. Это конченный ужас, честное слово. Помоги мне встать, кажется, ногу слегка подвернул.
- Да-да, конечно.
Как только я подаю ему руку, он резко тянет меня на себя, так что я заваливаюсь рядом с ним в чёртову грязь. Козёл, ничего у него не повернуто, мозг если только.
- Это тебе за другой путь. И смеётся, представляете, ему смешно.
- Ты урод, Рома. Только знаешь, я сейчас вся в грязи, меня это не пугает, ты даже не представляешь, какой ужас я ощутила, когда подумала, что переехала тебя, а тебе смешно.
Он перестаёт улыбаться, и его лицо делается серьёзным. По нам бьют тяжёлые капли дождя, мокрые оба до трусов. Прекрасно, осталось заболеть летом.
- Ладно, пошли, надо выбираться отсюда.
Но все наши попытки оказываются тщетными. Единственный вариант выбраться — это только чтобы нас кто-то тянул, поэтому предлагаю Роме посидеть, подождать, может, кто-нибудь всё-таки поедет, эта трасса ведёт не в пустоту.
Сидя в когда-то чистом, обалденно пахнущем салоне, ощущаю себя свиньёй, хотя Рома тоже не лучше. Он врубил печку на полную мощь, ох, тут даже попа греет, вот это сервис.
Я сижу то и дело смотрю по сторонам, чтобы рассмотреть движущие в нашем направлении автомобили, ну а мой новоиспечённый товарищ просто закрыл глаза и откинулся на сиденье. С мокрых волос каплями стекает вода по лицу и шее. Сейчас он стал ещё красивее.Так проходят ещё полчаса, время давно перевалило за полночь, от ощущения тепла и усталости меня потянуло в сон, но окончательно глазам не дал закрыть слепящий свет больших фар.
- Ромаа, машина, скорей, сделай что-нибудь.
Он быстро открывает глаза, моргает фарами и жмёт на звуковой сигнал.
В этой ситуации нам помог дядечка лет пятидесяти, работающий на «Газели». Чтобы нас выдернуть отсюда, понадобилось не больше десяти минут, и мы выдвинулись в сторону дома. Но только по дороге, которой ехали до этого.
Уже подъехав к моему дому, хочу уже прощаться, как Рома заявляет:
- Я хочу есть.
- Так в чём проблема, тебе сейчас до дома на машине в два счёта добраться.
- У меня нечего есть.
- Как нечего, только сегодня, точнее, вчера покупали.
- Лапшой много не наешься, а пельмени я немного запорол.
- Всю пачку?
- Я забыл, когда последний раз их ел, особенно покупные, и тем более чтобы сам готовил. О чём ты говоришь вообще?
- О, божье наказание. Пошли, что с тобой сделаешь. Только сначала переоденешься в чистое. Что-нибудь дам тебе. У нас хоть не хоромы, но порядок поддерживаем.
Что я творю вообще, время три часа ночи, я веду в дом малознакомого мне парня после ночных приключений на очень поздний ужин. Кстати, а что у нас там есть? А то, может, оба обломимся, за день у самой кусочка во рту не было.
Заходим в дом, и первым отправляю в душ Рому, даю ему чистое полотенце, мамины старые спортивные штаны, мама покрупнее меня, ему не так тесно будет, как в моих, и свою футболку свободного кроя, только один минус — она ярко-салатового цвета.
Я же, пока только скинула с себя грязные вещи, надела махровый халат оранжевого цвета и вымыла руки, чтобы поставить разогреваться борщ и котлеты. Хорошо, что свет уже дали. По дороге до дома дождь прекратился.
Мой неназванный гость выходит из душа очень быстро, и я не выдерживаю и начинаю просто умирать со смеху. Если бы его видели друзья, они его не узнали, моя футболка ему в обтяжку и штаны тоже.
- Всё, что тут было, останется между нами.
И сквозь смех киваю и быстро хватаю телефон и делаю пару фоток.
- На память и, конечно, между нами. Я сейчас в душ, подожди, когда борщ закипит, и разлей по чашкам, я уже достала всё.
Не даю ему ничего сказать, хлопаю дверью, не маленький, разберется.
Теплая вода нежно омывает кожу, я стою уже под душем минут пятнадцать, наверное, пока не чую запах гари. Одеваюсь, как солдат, наверное спичка еще не прогорела бы, и несусь на кухню. А ТАМ Рома сидит за столом с борщом и ложкой в руке, а на газу как стояла включенная комфорка с кастрюлей, так и стоит.
- Рома, мать твою, что ты творишь?
- Бля, Ника, прости, не удержался, его аромат свел меня с ума, и я начал есть, не дождавшись.
- Да ешь на здоровье, неужели ты не чувствуешь запах, о, мать вашу, тут всё сгорело уже.
Сидит смотрит на газ, и я уже понимаю, что он ничего не вдупляет, человек умеет абстрагироваться, вот и всё.
Беру свою чашку, ставлю на стол, достаю котлеты, режу хлеб и пару свежих огурцов.
Едим молча, уплетает оба за обе щёки, я почему-то даже не задумываюсь, как я сейчас выгляжу, я просто хочу есть.
- Ты знаешь, я еще таких, как ты, не встречал. С набитым ртом говорит он.
- Каких?
- Обычно мои знакомые, можно так сказать, чтоб иметь такую фигуру, едят листья или в ресторанах салатики по 3–4 косаря, но чтоб вот так уплетать борщи с котлетами, думаю, они бы удавились.
- Что сказать, мне их жаль. Есть такая пословица: «Ешь, пока рот свеж». И да, за фигуру спасибо. Хотя тебя это волновать не должно.
- Колючка.
И он показывает мне язык, вы представляете, язык.
Закончив трапезничать, предлагаю ему чай, от которого он отказывается и собирается до дома. Собираю его грязные вещи в пакет, и уже у двери мне поступает предложение.
- Ко мне завтра друг приезжает, отметить мой 21-й год, приходи тоже, хочешь одна, хочешь бери с собой друзей. Обещаю без разврата, и вещи как раз заберешь. Тебе нечего бояться, мы с тобой же теперь типа кореша.
Кореша? Конечно, почему бы не быть такому красивому, крутому парню корешом, когда сердце начинает подпрыгивать.
- Ну как раз еще и вещи заберёшь.
- Не знаю, я подумаю, если что, знаю, где живёшь, и я это самое, с футболкой-то поаккуратнее.
- Будет сделано.
Улыбается, подмигивает и выходит из дома, а я без сил падаю на кровать, даже не убрав со стола. И снится мне, где мы с Ромой едем так же на машине в спокойный летний дождь, только уже держась за руки.