После того как привела себя в порядок, я поспешила на пару, на которую бессовестно опаздывала, но мне было не суждено на неё попасть. Выйдя из уборной, я наткнулась на Кириллову. Только её здесь для полного «счастья» мне и не хватало.
— Иванова, оказывается, ты тупая, — грубо заявила она.
— Отвали, у меня нет никакого желания с тобой разговаривать, — в тон ответила я.
— Дерзишь? Ха, с каких это пор первокурсницы стали такими наглыми? Вот я не пойму, ты действительно не понимаешь, во что ввязываешься, или тебе острых ощущений захотелось?
— Что тебе от меня нужно? — попыталась я сократить этот бессмысленный диалог.
— Дай-ка подумать…
Девушка подошла близко ко мне и резко схватила меня за волосы, притягивая лицом к себе. Я вскрикнула и попыталась вырваться, тем самым сделав себе ещё больнее.
— Запомни, малявка, Дима мой! Ещё хоть раз увижу тебя рядом с ним, и твоё прекрасное личико мама родная не узнает…
— Кристина, руки от неё убрала! Я сказал, отпусти её! — рыкнул подошедший Андрей.
Кириллова демонстративно отпустила меня и бросила уничтожающий взгляд на Воробьёва.
— Она пустышка, я просто спасаю её от ненужных последствий после общения с Димой. Он воспользуется ею и выбросит, как ненужный балласт, тебе ли этого не знать, Воробей.
— Это их дело, и тебя оно не касается. Ещё раз полезешь к ней, и я устрою так, что тебя с Димой будут связывать одни лишь воспоминания, — чеканя каждое слово, с нотами раздражения произнёс Андрей.
— Ну-ну.
Кириллова развернулась и походкой от бедра ушла от нас.
— Как ты?
Воробьёв подошёл ко мне и взял моё лицо в ладони.
— В порядке, — солгала я.
— Ясно, — совершенно не поверил мне парень, — я уже еду домой, могу подвезти тебя.
— Нет, не нужно, — стала отнекиваться я.
— Ещё как нужно! Пойдём, тебе нужно успокоиться.
Парень приобнял меня за плечи и повёл на академическую стоянку. Подойдя к его кричаще-красной спортивной машине, я восхищённо выкрикнула:
— Да это же Ford Mustang!
— Он самый, — удивлённо ответил Воробьёв, — присаживайся.
Я села в машину, вдыхая запах кожи вперемешку с одеколоном парня.
— Откуда такая осведомлённость в машинах? — поинтересовался Андрей, заводя мотор.
— Это была мечта моего бывшего, — ответила я, гладя кожу сидения.
Мотор взревел, и мы резко тронулись с места, хорошо, что я пристегнулась.
— Никогда о ней не мечтал, но отец подарил мне её на моё совершеннолетие, и я вполне доволен этой крохой. Как давно ты рассталась со своим парнем?
Я посмотрела на Андрея, полностью сосредоточенного на дороге, так как гололёд никто не отменял.
— Три недели назад, — спокойно ответила я.
— Вы общаетесь? — снова невзначай спросил Воробьёв.
— Изредка поддерживаем связь.
— Сходиться не планируете?
— К чему столько вопросов о моем бывшем?
— Чистое любопытство.
— Ага, как же, — совершенно не поверила я ему.
— Что у тебя произошло с Москворецким?
А вот эту тему я совершенно не хотела бы трогать, сердце бешено застучало в груди, оповещая, что оно не забыло, как его унизили.
— Ничего, давай не будем о нем.
— Как знаешь, но я бы советовал тебе выговориться.
— Спасибо, но мне это не нужно.
Я сделала играющую музыку в машине громче, тем самым прерывая диалог.
8
Сегодня был один из самых отвратительных дней в моей жизни. За время, проведённое в универе, я привыкла к множеству приколов, направленных на меня, но слова Димы ранили как никогда прежде. Уже третий час ночи, а я никак не могу уснуть и вчитываюсь в строчки любимого романа. Услышав скрип шин за окном и настойчивые гудки, мешавшие мне читать и явно пробудившие значительную часть нашей спящей многоэтажки, я тихо выругалась про себя. Ну что за дибилы позволяют себе такое?! Выглянув в окно, я заметила знакомую машину, возле которой стояло шатающееся тело — по-другому назвать это было сложно — истошно оравшее мою фамилию, раскачивая при этом бутылкой в руке. Какие черти его сюда занесли?! Что он забыл в моем дворе? И вообще, что, собственно говоря, происходит? Я не могла допустить, чтобы родители проснулись и увидели ЭТО! Схватив первую попавшуюся толстовку, даже не удосужившись надеть лифчик, я натянула джинсы и побежала в коридор, обувая кроссовки и накидывая на себя куртку. Ахринеть не встать, Москворецкий в моем дворе в стельку пьяный, орёт мою фамилию, кому скажи — не поверят!