Дима едва заметно ухмыльнулся, докуривая очередную сигарету, а по моим щекам неустанно текли слёзы. Я даже не заметила, когда начала плакать, у меня не было слов. Я чувствовала себя опустошённой, разбитой, мне поскорее захотелось уйти, надеть свою махровую пижамку с мишками, укутаться в одеяло и читать что-то до боли сопливое, чтобы было оправдание тем слезам, что вскоре пролью. Я механически развернулась и пошла обратно в спальную. До меня едва долетали отрывки фраз, которые говорил Дима, но я не хотела его слушать. Надела платье, взяла сумку, куртка внизу, одеться и уйти, забыть, обо всем забыть.
— Ась, послушай меня.
В тот момент, когда руки парня коснулись моих плеч, я вздрогнула, но у меня не хватило сил посмотреть ему в глаза.
— Пожалуйста, отпусти меня, — прошептала я.
— Я не могу этого сделать, — подавленно ответил Дима.
— Если у тебя есть хоть капля каких-либо чувств ко мне, то отпусти меня.
— Посмотри на меня.
— Я не хочу.
— Посмотри на меня, и я отпущу тебя, — ещё более требовательно попросил парень.
Я не смогла, не смогла заставить себя даже взглянуть на него. Скинув его руки, я попыталась выбежать из комнаты, но он поймал меня. Я больше не могла сдерживать своих слёз и рыдала, прижатая к его груди. Мне кажется, сейчас меня можно было сравнить с раненым зверем. Я не понимала, почему так больно, почему всё тело будто свела судорога, почему меня трясло, и я всё никак не могла успокоиться. Спор… Глупый спор — детская забава, у взрослых мальчиков — жестокое оружие. Затащить меня в свою постель для того, чтобы избавиться от навязчивой идеи, и после избавиться от меня, как от ненужной вещи. Всё, как говорила Кириллова, даже жаль, что я её в своё время не послушала. Какая же я всё-таки дура! Я опять ушла с головой в свои мысли, практически не ощущая, как бешено билось сердце в груди парня, к которой меня с силой прижимали.
Спустя какое-то время, я снова повторила свою просьбу. Я больше не могла находиться в этом доме: стены давили на меня, а Дима всё ещё не отпускал. Его губы неустанно покрывали мой лоб и щёки поцелуями, а пальцы нежно перебирали волосы. Мне же было всё равно. Я ждала, когда ему это надоест и он всё-таки отпустит меня.
Сотовый Москворецкого в который раз разрывался мелодией, но он игнорировал его. Только когда мелодия сменилась другой, парень незамедлительно подскочил и ответил на звонок. Это стало моим спасением. Он так увлёкся разговором, что мне не составило труда выскользнуть и сразу же вызвать себе такси. До меня долетели лишь отрывки фраз, которым поначалу я не придала значение: «это невозможно», «она жива», «вы нашли её».
***
Попивая сладкий чай с лимоном в своей любимой махровой пижаме, я читала роман и всхлипывала над судьбами героев, стараясь не думать, что сейчас я плачу о своих едва зародившихся отношениях. С первого дня, как я вышла из маршрутки перед универом и из моих рук выпали книги, когда какой-то парень внаглую сбил меня, я мечтала познакомиться с идеальным, на первый взгляд, брюнетом с невероятными синими глазами в окружении стольких поклонниц. И почему всегда так? Почему мы всегда влюбляемся в верхушку айсберга, даже не удосужившись узнать, на чем она стоит? Что привлекло меня в нём? Согласна, глупый вопрос. Внешность, она всегда привлекает взгляд. Какой бы ни был хороший человек, если вам не нравится его обложка, вы не сможете относиться к нему так, как если бы он имел симпатичную мордашку. Один из законов подлости.
В тот день я везде искала его взглядом, а едва замечала, сразу неустанно начинала краснеть. А однажды я даже словила на себе его взгляд. Глупо, как же глупо всё это выглядит сейчас. Я с самого начала знала, что у нас нет будущего. Ну не могут такие парни как он, встречаться с такими девушками как я. Бывают, конечно, исключения, но, видно, это не мой случай.
— Котёнок, а ты чего не спишь?
В мою комнату заглянула мама.
— Читаю, — выдавив из себя улыбку, ответила я.
— Всё в порядке?
— Да, он опять её бросил.
— Ох, котёнок, ты всегда плачешь на этом моменте, неужто нельзя почитать что-то более оптимистичное?
— Нет, это не столь интересно. А почему ты так рано проснулась?
— Нас пригласили на крестины, через пару часов самолёт, немножко неожиданно всё. У тебя ведь сессия на носу, так что мы решили не брать тебя с собой. Вот. Так что недельку поживёшь сама, — мама повела руками в стороны, улыбаясь мне.