— Доброе утро, Дмитрий.
Я оборачиваюсь на женский голос. Передо мной стоит всё та же неизменная секретарша моего отца. Оксана, кажется. Внешностью она определённо вышла: высокая, стройная, с хорошими формами и симпатичным лицом, очередная брюнетка.
— Романович. Дмитрий Романович, — грубо говорю я, смотря, как она плавно подходит ко мне.
— Простите, я не знала, что к Вам, — она выделила обращение, как будто ласкала его языком, — нужно обращаться так официально.
— Я с вами не спал, чтобы вы могли обращаться ко мне по-другому.
— Разве это сложно исправить?
Девушка провела пальчиками по моей скуле, я сжал её кисть в своей руке. Не люблю ненужных прикосновений со стороны малознакомых мне людей. Она лишь улыбнулась, искусно облизав верхнюю губу. И с каких пор мой отец стал нанимать таких подстилок?
— Как же так, вам надоел мой восхитительный отец? — с сарказмом спросил я.
— Скажем так, зачем мне яблоня что отцвела, гораздо приятнее вкушать её плоды, — чувственно проговорила Оксана, касаясь меня свободной рукой, — я слышала, что ты поругался со своей девушкой. Позволь мне тебя утешить…
— Я не нуждаюсь в утешении, — сухо ответил я, чувствуя, что тело твердит совсем иное.
— Ты, правда, так думаешь? А мне кажется по-другому. Тем более я всё ещё помню твой жаркий взгляд, брошенный на меня в первый вечер нашего знакомства…
Девушка вплотную приблизилась ко мне, дотрагиваясь до моей просыпающейся плоти рукой. Я шумно выдохнул. И дело было совершенно не в ней. Окажись на её месте другая, симпатичная мне барышня, реакция была бы такой же. С тех пор как я расстался с Кристиной, у меня никого не было, так как я был поглощён Асей, и сейчас любое прикосновение подобного рода заставляло моего внутреннего зверя просыпаться и требовать разрядки.
— А ты у нас не маленький мальчик, верно?
— Совсем не маленький.
Я жёстко притянул девушку за волосы к себе, жадно целуя её губы, но всё, что я почувствовал, это отвращение. Серьёзно?! С каких пор я стал чувствовать отвращение, целуя девушку? Я разозлился на самого себя, на свою сущность, способную доставить родному человеку боль. На то, что я не мог целовать эту девушку только потому, что желал другую! «И не нужно её целовать, она недостойна твоих поцелуев, просто расслабься»,— шептал предательский голос плоти. И я поддался, поддался своим низменным желаниям, лишь бы почувствовать разрядку и расслабиться.
Никаких чувств, никаких эмоций, голый, ничем не прикрытый секс с барышней, привлекающей меня лишь внешне, но этого хватит, чтобы забыться на доли секунд. Никаких поцелуев, никаких ненужных ласк с моей стороны, сугубо потребительское отношение к её рту, ласкающему мой член, причём не особо-то умело. За столько лет работы секретаршей могла бы уже научиться делать достойный минет! Я снова злюсь и беру процесс в свои руки, жёстко трахая её рот. Мне мало, я рычу, не обращая внимания на её чувства, не спрашивая ни о чём. Она никто, никто для меня, очередная однодневка. Кабинет отца наполняется стонами и всхлипами девушки, которую я продолжаю иметь, только уже ниже. Непривычно? Ей непривычно принимать мой размер, что ж, это радует, хоть что-то радует в этом отвратном занятии. Нет, ранее я не ловил себя на мыслях, что мне может не нравиться секс. Я всегда выбирал достойных, нравившихся мне девушек и всегда имел их так, как я захочу: грубо, нежно, со страстью или без неё, с открытой похотью. Что же со мной сейчас не так? Почему я злюсь, почему я испытываю такую тяжесть на сердце? Ася… как же она приятно пахнет, карамелью, я почувствовал это ещё тогда, в машине, когда в первый раз прикоснулся к её губам, когда в её глазах заметил смущение. А эти милые щёчки, наливающиеся румянцем. Маленькая, моя маленькая, желанная девочка. Я обидел её, жестоко обидел.
— Ты восхитителен, сейчас ты восхитителен! — воскликнула девушка, вырывая меня из размышлений.
Я двигался в ней нежно, стараясь не причинять боль, а нести наслаждение. Я не заметил, когда сменил напор, но прекрасно знал, что послужило тому причиной. Малая! Мысли о ней заставили меня быть сдержанным, чувственным. Я рыкнул, вбиваясь в девушку с силой и отгоняя от себя мысли, связанные с белокурой дерзкой девчонкой! Никогда во время секса я не думал ни о ком другом! Никогда!
Я чувствовал, как с каждым моим толчком девушку подо мной берут спазмы. Она уже была близка, а я всё ещё был зол на самого себя и срывал свой гнев на ней. С силой и с резкими толчками я продолжал проникать в её тело, не прекращая думать о том, что вскоре я буду корить себя за то, что сделал. Достигнув грани, я кончил, на пару секунд отключившись от всех неустанно мучивших меня мыслей, наблюдая за тем, как девушку подо мной всё ещё берёт лёгкая дрожь после оргазма. Отлично, «баки» я освободил, теперь можно спокойно выдвигаться в любой бар и пить до потери пульса, осуждая себя за всё, что я сделал.