Вскоре он вернулся, полностью продрогший и покрытый снегом.
— Ну что, малая, дело дрянь, — улыбаясь, сказал парень.
Я не разделяла его весёлого настроения и просто тревожно смотрела на него.
— На первом же повороте я съеду с трассы, и заночуем в машине, в противном случае, следующий сугроб наш, — уже серьёзно сказал Дима.
Единственное, что оставалось мне, так это согласиться с ним, что, собственно говоря, я и сделала. Мы свернули на первом же повороте. Дима сразу же позвонил отцу и сказал свои координаты, тот возмутился, но после приведённых аргументов согласился с выбором сына, поинтересовавшись, сколько в баке бензина, после чего отключился.
— Да, застряли мы с тобой, — как-то обречённо произнёс Дима, — впрочем, теперь у меня есть время утолить своё любопытство.
Я прикусила нижнюю губу и посмотрела в ярко-синие глаза парня напротив меня. Он расстегнул свой ремень безопасности и на критическое расстояние наклонился ко мне. Наши губы разделяли несколько сантиметров, моё сердцебиение ускорилось, краска бросилась мне в лицо, дыхание незамедлительно участилось, запах его одеколона обволакивал меня. В тот момент, когда его пальцы убрали прядь моих светлых волос за ушко, я готова была утонуть в нем с головой, лишь бы он не отстранился от меня. Я услышала щелчок, и мой ремень безопасности расстегнулся. Губ парня коснулась еле заметная улыбка.
— У тебя отменная реакция, — с хрипотцой в голосе произнёс он.
— Прости? — я не уловила сути его слов.
Москворецкий облокотился на спинку водительского кресла, с интересом рассматривая меня.
— Давай лучше поищем, чем будем питаться весь вечер.
С этими словами Дима скинул куртку и повернулся к заднему сидению, вскоре в его руках красовалась бутылка виски, сникерс, пачка крекеров и презервативы. Он ухмыльнулся, я сразу же нахмурилась, не успев даже отследить свою реакцию.
— Какие мы нежные, — шутливо произнёс он, закидывая всё на заднее сидение, — я на секс сегодня не рассчитывал.
Я хлопнула ладонью по его руке, тем самым вызвав смех у парня.
— Нельзя быть такой серьёзной, малая.
— Ася, — буркнула я.
Москворецкий снова наклонился ко мне и прошептал прямо в губы:
— У меня очень хорошая память, Анастасия. И я прекрасно помню твоё имя.
Его губы накрыли мои в сладком поцелуе. Я настолько опешила, что позволила Диме углубить поцелуй. Его язык стал исследовать мой рот, увеличивая темп и набирая обороты, я не могла сопротивляться ему. Всё моё естество кричало о том, что оно желает его во что бы то ни стало. Его руки расстегнули мою куртку, забираясь под тонкую ткань кофты. Он притянул меня к себе, превращая простой поцелуй в нечто большее. Я горела рядом с ним, моё тело пылало от его натиска и переизбытка чувств, которые я сейчас испытывала. Страсть, желание, похоть в его глазах заставляли меня подчиниться ему, но из последних сил я выкрикнула:
— Не нужно, пожалуйста!
Слёзы, а они-то откуда здесь взялись? Я находилась в полном смятении, приложив ладонь к пульсирующим губам от столь чувственного поцелуя, и с долей страха смотрела на идеальное лицо парня в паре сантиметров от меня.
— Прости, — отвернувшись, хриплым голосом произнёс Дима, — я не знаю, что на меня нашло, прости.
Схватив куртку, он вышел из машины, оставив меня наедине с собой. Вскоре, когда моё сердце перестало бешено стучать и дыхание выровнялось, Дима вернулся в машину. В этот раз его взгляд был серьёзен, к запаху его одеколона примешался запах сигарет, а его губы были сложены в одну узкую линию. Несколькими пальчиками я провела по его щеке, мне необходимо было прикоснуться к нему. Его рука прижала мою ладонь к его лицу, на несколько секунд он закрыл глаза, а когда открыл, то убрал мою руку. Тысячи мурашек устроили забег по моему телу от ледяного взгляда, брошенного в мою сторону.
— То, что было сейчас, никогда больше не повторится, — грубо произнёс Москворецкий, — впредь, тебе стоит держаться от меня подальше, малая, а сейчас я предлагаю перекусить скудным ассортиментом и попытаться поспать пару часов. Расчищать дороги ещё нескоро начнут.
Я не понимала перемены в его настроении, но в один момент его как будто подменили. Закутавшись поплотнее в куртку, я согласно кивнула, но сказала, что не голодна, на что словила ещё один недовольный взгляд и всё-таки впихнула в себя пару крекеров, после чего легла на заднем сидении.
Прошло несколько часов, я проснулась оттого, что почувствовала, как холод пробрал меня до ниточки. Двигатель заглох! На приборной панели высвечивалась температура минус двадцать. Дима тихо посапывал на водительском сидении.