Джози глубоко вздыхает и кусает нижнюю губу.
— Это недоразумение, и только. Она никогда себе такого не позволяла, Гарри. Никогда. Да, Нэнси всегда была грубой, обозлённой и резкой, а порой доходило до оскорблений и унижений, но она никогда и ни на кого не поднимала руку. Да и я тоже виновата. Не следовало ей говорить о том, что я ухожу и перечислять все ошибки, которые она сама сделала, и это привело пекарню к печальному итогу, — горько шепчет Джози.
— Недоразумений не бывает, кроха, понимаешь? И она ответит за это. Ладно я. Я сильнее её и дам отпор, но ты меньше и слабее её в разы. Сука, тварь просто, — шиплю я.
— Нет… нет, пожалуйста, Гарри. Не надо. Она и так считает, что из-за меня ты сильно изменился и обвинила меня в том, что снова женщина забирает у неё любимых. И предполагаю, что Нэнси просто больно оттого, что твой отец бросил её, а теперь и ты отстраняешься. Она разбита внутри. Думаю, что твой отец нанёс ей какую-то травму, когда сбежал от вас с другой женщиной. Дело в ней, и она почему-то видит её во мне, по крайней мере, видела, когда орала на меня. А потом… не знаю, всё произошло быстро, и мне тоже следовало держать язык за зубами, но ты же знаешь меня, я не всегда умею останавливаться вовремя. И я сказала, что раз ты хочешь уйти и оставить её, то дело не в вас с отцом и не во мне, а в ней. И… да дура я. Влезла в ваши отношения и получила за это. Не надо вам с Ненси из-за меня разрушать отношения. Она тебя обожает. Она жизни своей без тебя не видит. А я приходящее и уходящее обстоятельство в твоей жизни, и то, что случилось лишь в очередной раз доказало, что я лишняя здесь. Не надо с ней ругаться ещё раз, — Джози хватает мою свободную руку и так сильно сжимает её, что весь мой мир в одну секунду переворачивается. Я понятия не имею, каким придурком был Эд здесь с ними, но прекрасно вижу, что единственный человек, который заботился о нём — вот эта малышка. Я не знаю, почему и за что она так любила Эда, но её сердце точно полностью отдано моему брату. И она ради него столько всего сделала, а он наглый козёл, как и я, который просто этим пользуется. Мы используем цыпочек, пока они могут нам что-то дать, а потом забываем о них. Это норма. И в данный момент что-то как-то неприятно становится от самого себя.
— Эд, — поднимаю взгляд на Джози.
— Это пройдёт. Синяки — временное явление, но я тоже думала над этим. И хочу спросить тебя о твоих странных падениях в детстве. Помнишь, однажды ты пришёл и хромал, но сказал, что упал с велосипеда. Только вот велосипеда у тебя никогда не было, а я была маленькая, чтобы уличить тебя во лжи. Или когда ты был в средней школе, и у тебя всё тело было в синяках, а я увидела это, когда подглядывала за мальчиками в раздевалке. Или когда в десятом классе ты ночью сломал руку, якобы свалившись с кровати. Это была Нэнси? Она била тебя всё это время, и ты молчал? — Тихо спрашивает она.
Если бы я знал. Но теперь картинка прошлой жизни брата становится яснее. Конечно, Нэнси лупила его, когда ей что-то не нравилось. Может быть, из-за того, что отец сбежал от неё, она позволяла себе вымещать злость на сыне, которого тот оставил ей. Я мог бы сейчас оправдать Нэнси, но не хочу.
— Эд…
— Лоботомия, помнишь? Лоботомия, — сглатывая, отвечаю я.
— Ты мог мне сказать, птенчик. Ты же мог. Я бы всегда тебя поддержала, и мы бы нашли выход. Мой отец…
— Хватит, Джози. Лоботомия. Моё имя Гарри, и мне уже пора. Да и птенчиком меня не зови, как минимум петушок, — мотаю головой, не желая продолжать эту тему. Убираю с её лица капустные листья и поднимаюсь с журнального столика, на котором сидел всё это время.
— Ты уходишь? Но… хм, ты должен знать, что я не собиралась тебя выгонять, просто эмоции взяли верх, и я наговорила глупостей. Прости. Ты можешь остаться. Твоя комната, она…
— Нет, спасибо. Ты правильно сделала. Мне уже давно пора было найти своё место в этом мире и прекратить жить за твой счёт. Это низко. И я должен просить у тебя прощения, — перебиваю её, чувствуя, как немного кружится голова. Но ей не покажу. Ещё чего. Не нужна мне вторая мамочка. Одной хватает.
— Куда ты пойдёшь? Ты же не у Нэнси жить будешь? — Взволнованно Джози поднимается с дивана.
— Я временно задержусь у Лолы. Она предложила перекантоваться у неё, и сегодня я планирую облюбовать её кровать. На всю ночь.
— У Лолиты? Серьёзно?
— А что не так? Я достаточно взрослый, чтобы самому решать, в чей постели буду спать. Или ты хочешь, чтобы это была твоя постель? — Зло рычу я. Чёрт, голова начинает болеть.