— Потому что не могла так поступить с ним. Это сложно. Я всю жизнь видела, как ему больно и плохо рядом с Нэнси. Теперь я знаю, что она его била. Он приходил ко мне и молчал. Сейчас я больше понимаю. Он прятался за этими статьями и книгами, чтобы забить свою голову чем-то другим, но только не плохими воспоминаниями. Он был тихим из-за страха, что Нэнси его побьёт. И я любила его, как брата, Гарри. Любила. Я не могу это объяснить, но сносила всё, потому что находила ему оправдания. Он был один. Всегда один, а я… легко могу найти общий язык с любым человеком. Пока его не было, я увидела, что не из-за меня со мной раньше не общались, а из-за Эда, потому что он унижал всех своими заумными высказываниями, указывая им на изъяны, как и мне. Это его защитная реакция, чтобы никто не причинил ему боли. Он сложный человек, а теперь ещё выдумал для себя альтер-эго, в которое я, по-моему, уже начинаю верить и привыкать к нему, — Джози ставит передо мной кружку с кофе с огромной башней из взбитых сливок, украшенных розовыми сердечками.
— Как ты угадала? — Довольно шепчу я и, снимая пальцем верхушку, обсасываю его.
— В том-то и дело, Гарри. Это то, что я предпочитаю пить, пока не видит Эд. И ты как будто перенял все мои привычки. Ты теперь танцуешь, любишь мультики и старые фильмы. Уверена, ты и мюзиклы обожаешь…
— «Призрак оперы» с Батлером, — вставляю я.
— О чём я и говорю. Это моё, понимаешь? Ты взял и спроецировал всё моё на себя.
— Эй, это моё, вообще-то. Я ничего у тебя не брал. Я не виноват, что у нас много схожего оказалось, но я первый был. Я старше, значит, это ты повторяешь за мной, — возмущаюсь, слизывая языком сливки с чашки.
— Не важно. Если тебе комфортно, то бери. Мне не жалко.
— Так ты прощаешь меня? Ну, за тот случай на выпускном и за многое другое? Не будешь больше злиться на меня? — Причмокивая, выпрямляюсь и смотрю на Джози.
— Я уже простила. Просто остались некоторые воспоминания, и они не такие хорошие. Я стала из-за тебя парнем для всех.
— Но ты девушка.
— О-о-о, ты заметил? Это было до того, как ты увидел меня голой, или же изучил на досуге анатомию и сделал выводы? — Ехидно говорит она.
— Вообще-то, я с первого взгляда понял, что ты девушка. И очень хорошенькая девушка. И без одежды ты секси. Так и ходи. Но не при людях. Передо мной можешь…
— Дурак, — Джози смеётся и пихает меня в плечо. Я вижу, как румянец покрывает щёки девушки. Ей что, никто комплиментов не делал? Она же, правда, красивая. Бараны слепые здесь вокруг, что ли. Да если бы я был на месте Бруно, то давно бы уже облюбовал место между её бёдер, а оттуда сливки самый кайф слизывать.
Не туда… ой как не туда…
— Хочешь, обнимемся? Так друзья делают, — неожиданно даже для самого себя предлагаю я.
— Ты позволишь прикоснуться к себе? — Удивляется Джози.
Мда, видимо, Эда касался только он сам. Понятно, почему он забитый девственник с прыщами. Масочки делать надо. Вся суть в масках, ну ещё и в контакте с девушками. Вот дебил…
— Конечно. Я же Гарри, помнишь? А он любит обниматься, — киваю я и встаю, раскрывая объятия.
Девушка недоверчиво смотрит на меня.
— Давай, кроха. Я весь твой. Можешь потереться об меня, — Джози закатывает глаза и встаёт. Она осторожно подходит ко мне, и она боится.
Что с ней сделал Эд? Вот, правда. Это каким ослом надо быть, чтобы не позволять такой цыпочке себя трогать? Не понимаю его. Никогда не пойму.
Джози аккуратно обнимает меня за шею и утыкается носом в моё плечо. Мои ладони смыкаются на её спине. Она горячая. И пахнет хорошо. Вкусно пахнет. Сладким чем-то. Как конфетка или ванильное мороженое. Ещё не решил.
Слышу тяжёлый вздох Джози, и она смелее обнимает меня, прижимаясь всем телом. Я чувствую её грудь. И бёдра. И аромат. Я чувствую очень сексуальное женское тело, и моё отвечает ему. Что за чертовщина, а? Почему сейчас? Ладно, утро. Бывает такое. Самый лучший секс утром. Не ночью, как думают другие, а именно утром. Это как продолжение сна, но с более приятным пробуждением.
— Ты никогда не позволял себя обнимать вот так, — шепчет Джози.
— Без проблем. Пользуйся, пока я Гарри, — так же отвечаю ей. Мои шаловливые пальцы медленно опускаются по её спине. Она не замечает этого. Ещё немного…
— Оставайся Гарри, ладно? Он более открыт, чем был Эд. Хотя я любила Эда, как брата, но… так. Гарри, ты что мою задницу лапаешь? — Взвизгивает Джози, отклоняясь немного от меня, а я сильнее цепляюсь за её ягодицы. «Моя пре-е-е-лесть».