Меня парализует и от ужаса происходящего, оттого что все смотрят на нас, и даже оттого, что я попросту боюсь очередного поцелуя Эда и не хочу его. Никогда не хотела. Он мой друг. Не больше. Никогда не был больше. Но явно когда-то моё мнение изменилось, и я об этом узнаю прямо в тот момент, когда мягкие и горячие губы Эда… нет, в моей голове это Гарри, прижимаются к моим. Его дыхание приносит с собой вкус мяты и лайма. Он сжимает мои губы своими, даже не двигаясь. Ничего больше не делает. А я стою, как кукла, глядя в его распахнутые глаза, и вижу там такую лютую злость и ненависть. Ко мне, видимо. Он не хотел этого, а я… мне мало.
Гарри отрывается от меня и поворачивается к публике. Тишина ужасающая. В ней раздаётся звон разбитого бокала. Я теряюсь. Паникую так жутко, отчего мои губы начинают дрожать, как и всё тело.
— Проклятье снято, деградирующие нафталиновые солдатики. Я в полном порядке, и меня даже не тошнит. Я рад тому, что вы это увидели. Теперь я ставлю точку на прошлом. И да, если кто-то обидит Джози, я морды начищу каждому, — едко бросает Гарри, и мне безумно обидно. Снова в центре внимания. Снова очередное клеймо, только теперь уже похлеще.
— А теперь вечеринка продолжается, — усмехаясь, он спускается со стойки, и музыка снова грохочет на полную катушку.
Двинуться не могу. Так и стою на барной стойке, а все смотрят на меня, улыбаются так, как будто я голая перед ними. Как он мог так поступить?
— Джо, давай, помогу, — оборачиваюсь к Коллу, с сочувствием предлагающему руку.
— Я сама, — тихо отвечаю, но он вряд ли слышит, сажусь на барную стойку и спускаюсь на стул, а затем уже на пол.
Мне хочется убежать, провалиться сквозь землю или же расплакаться. События повторяются. Я выросла, но вот ощущения от унижения не изменились. Отвратительно себя чувствую. Закатить скандал? Нет. Хватит. Не моё, видимо, всё это. И платье носить тоже не моё.
— Джо, это было…
— Пока, — передёргиваю плечами и обхожу Глорию, выбираясь из бара. Я слышу за спиной, как все обсуждают то, что сделал Гарри. Мало того, они сравнивают этот поцелуй с тем, как он целовал Лолу, и перевес в показательной страсти явно не на моей стороне. Ну да, от меня или тошнит, или же парень превращается в импотента. Класс. Теперь отец убьёт Эда. Первый раз он простил его благодаря мне, но сейчас… время идёт, а Эд не умнеет. Гарри остаётся всегда Эдом. Этого не изменить. И так жалко себя. Вроде бы он и хотел сделать что-то хорошее для меня, но здесь это всегда будет расцениваться, как плохое. В большом мире давно бы уже о таком забыли, но только не в этом месте. Здесь клеймо может только измениться на другое, и никак иначе. Нельзя удалить с кожи то, что внедрено в несколько слоёв эпидермиса и уже срослось с тобой. От этого ещё хуже.
— Джози! Эй, стой! — За спиной раздаётся крик Гарри.
Обхватываю себя руками и продолжаю идти по улице, сворачивая на другую. Я не готова сейчас с ним говорить. Я не знаю, как правильно отреагировать на то, что он сделал, и понятия не имею, что меня ждёт завтра. Вероятно, я не выйду из дома до того дня, пока не придёт время садиться в поезд до Лондона.
— Джози, — Гарри хватает меня за руку, вынуждая остановиться.
— Что ты хочешь? Тебя всё же стошнило, и ты решил высказать мне претензии? — Горько усмехаясь, поднимаю на него взгляд.
— Что за чушь ты несёшь? Я был пьян. Всего лишь пьян, кроха. Эд был пьян и не знал, как на него подействует алкоголь. Это и стало причиной тошноты, но никак не ты. Неужели, ты сейчас сбежала из клуба из-за этого?
— Именно так.
— Нельзя. Никогда не убегай от людей, желающих тебя унизить. Ты должна вернуться со мной и улыбаться так, словно ты богиня всего сущего. Это правило крутой цыпочки, Джози. Их не волнует, что о них говорят. И даже всякие придурки, которые прилюдно унижают тебя, выбирая другую тёлочку, не должны подавлять тебя. Наоборот, это делает тебя особенной. Бруно дебил, и он просто не дорос до твоего уровня, — качаю головой от слов Гарри.
— А что если я не цыпочка и не собираюсь быть крутой? Я просто хочу спокойно и без эксцессов дожить ещё пару недель до своего отъезда? И ты тоже меня унизил, словно дал им команду «фас». Ты не лучше Бруно и, вероятно, ты тоже до меня не дорос, — едко выговариваю я и дёргаю рукой.
— Оставь меня в покое, Эд. Я устала от всех вас. Возвращайся к Лоле и продолжай засовывать свой язык ей в гланды, — добавляю и, разворачиваясь, продолжаю идти.