Выхожу на перрон и скептически осматриваюсь. Мда, вот это захолустье. Для меня, живущего всегда в большом городе и обожающего движение, постоянную беготню куда-то, активность, это всё сродни смерти. Так тихо. Ужас. Очень тихо.
Я не вижу никакого парня, который должен меня встретить. Направляюсь вдоль по перрону, но никого. Прекрасно. Вот это приём «дома». Видимо, Джо не такой уж и скучный, раз забыл обо мне. Да, меня подобное радует. Эд очень собранный и обязательный, я думал, что и Джо такой же. Но нет, он такой же распиздяй, как и я. Мы поладим. Точно поладим.
Выбираюсь со станции на улицу, и нет ни одного автобуса. Как в город-то попасть? Эд говорил, что здесь все знают его, и я мог бы спросить…
— Эдвард? — Сбоку раздаётся мелодичный девичий голос, и я оборачиваюсь.
Одуреть. Вот это цыпочка. Осветлённые волосы девушки собраны на макушке, и выбиваются лишь несколько прядей. Это модно сейчас, некая небрежность. Светлые глаза распахнуты и умоляют обмануть их. Курносая, с веснушками и такими манящими губами. Ох, они бы прекрасно смотрелись на моих бубенчиках. Понимаете, о чём я, да?
А тело. Да вы только посмотрите на него: футболка, облегающая небольшую грудь, обтягивающие джинсы, и сама она такая маленькая. Обожаю маленьких. Их удобно брать везде, где я ни захочу.
— Для тебя буду кем угодно, детка, — жадно улыбаясь, тяну я. Обычно это знак для цыпочек, что они могут идти в атаку, но эта… озадаченно приподнимает тёмные брови, и в её глазах сквозит отвращение.
— Эд, какого чёрта с тобой случилось? Ты похудел, и… от тебя несёт, как от коровьего загона. Ты хоть мылся там или решил жить по парижским законам: не бриться, забыть о душе и пить? — Девушка осматривает меня с ног до головы, и, очевидно, что я не нравлюсь ей. Так, она должна пищать от восторга, что я стою здесь, да ещё и терплю подобное. Она что, не в своём уме?
— В топку, это твои тараканы, не мои. Пошли, — девчонка закатывает глаза и разворачивается, направляясь к выцветшему старому жёлтому пикапу.
— Эд, чёрт возьми! Тащи свою задницу в машину, и поехали домой! Я безумно устала, а мне ещё терпеть твою вонь и разбираться с новыми тараканами в твоей голове! Живо сюда! — Раздражённо оборачивается ко мне и топает от злости ногой в пыльном ботинке, указывая пальцем на эту развалюху.
— Детка, ты, конечно, очень возбуждаешь меня, но я жду Джо. Я…
— Так, приехали. Ты последние мозги, что ли, оставил в Париже? Ты что, накурился, или алкоголь ещё не выветрился? Я Джо, Эд. Джозефина, и твой лучший друг, который вечно прощает тебя и старается быть терпимой к тебе даже сейчас. Ты обалдел совсем? — Приоткрываю рот, даже не замечая, как девчонка подскакивает ко мне и яростно толкает в грудь.
Так, Эд, какого хрена ты не сказал мне, что Джо это вовсе не парень, а офигенная цыпочка?
Потом подумаю. Сейчас нужно как-то разрулить ситуацию.
— Расслабься, Джо, я пошутил. Французский юмор, — пожимаю плечами и обхожу её. Нет, не для того, чтобы забраться в машину, а чтобы насладиться видом обтянутой джинсами задницы. Чёрт, эта задница крута. Так и представляю, как мои жадные руки обхватывают её и стискивают пальцами.
— Ты что, на мою задницу пялишься? — Взвизгивает Джо.
Поднимаю голову и улыбаюсь. Конечно, да. Но я же Эдвард. Милый, вежливый и очень скучный.
— А там есть на что пялиться? Ты отвезёшь меня домой или мне здесь заночевать? — Ни черта я не Эд. Я наглый, изворотливый и обожающий развлекаться Гарри, которому начинает здесь нравиться. Если эта цыпочка друг Эда, то она легко окажется в моей постели и даст мне нужную информацию. Они же обожают болтать после секса, а эту приручать будет одно удовольствие.
Джо снова шокировано приподнимает брови. Вряд ли тихоня Эд хоть когда-то так говорил с ней, да и, вообще, говорил. А я крутой. Пусть почувствует мою крутизну.
— Ладно, это всего лишь алкоголь в тебе говорит. Завтра ты будешь снова просить прощения и раскаиваться за свои слова. Просто паршивый день, — бормочет она себе под нос, потирая лоб.
— Эд… — Джо поднимает на меня голову, и её взгляд теплеет. Надо же, я такого не видел. На меня так ещё не смотрели, как будто хотят всего лишь обнять, а не забраться на мой член и запустить руку в карман, где лежат деньги.
— Поехали домой, ладно? С меня сегодня хватит твоего французского юмора и проблем. Пожалуйста, пошли в машину, и я выполню своё обещание. Я безумно хочу спать. Едва стою на ногах. Сжалься надо мной, я всю неделю прикрывала твою задницу перед Нэнси, потому что ты даже не удосужился ей написать, когда добрался до Парижа, как и всё то время, что пробыл там, — скулит Джо, выпячивая нижнюю губу.