Я когда-то давно наткнулась на такой формат подарка, планируя сделать его родителям на годовщину. Катя тогда сильно эту идею раскритиковала и я не стала ничего такого дарить. В этот раз не желая терять настрой от любого рода критики, никому о планах говорить не стала, поэтому упустила, что от семьи общий подарок уже вручили.
Тем не менее именинница была в таком восторге от покрывала, что оно пошло по рукам, пока мне повторно говорили слова благодарности.
Общий сумбур за столом длился ещё какое-то время, пока мама украдкой вздыхала, что мне пришлось сменить платье. Сестра в её излюбленной манере только фыркнула, но ничего говорить не стала. Я же направила свое внимание на семью Ареловых.
Повод на них смотреть был самый что ни на есть удобный, ведь братья, стоя около своих родителей, с интересом осматривали презент и смеялись над некоторыми снимками. У меня же в это время происходил сложный мыслительный процесс.
Обстоятельства вечера пока складывались в мою пользу. В дальнейшем я могла без зазрения совести избегать общения с Колей, так как приветствие вышло более чем достаточным, чтобы успокоить всеобщее волнение. При этом мне совершенно не хотелось избегать Влада, что противоречило планируемой тактике.
Ещё мне было очень странно от того, что спустя пять лет все перевернулось с ног на голову. Мы с Владом никогда не общались близко, плюс он всегда казался мне скучным и высокомерным. Сейчас это было вполне объяснимо, ведь тогда разница в возрасте ощущалась куда сильнее, внося некоторые условности. Более того, на контрасте с гипер общительным и располагающим к себе братом Влад выглядел излишне сдержанным.
Я в принципе никогда не видела Влада отдельно от Коли или Кати, а на их фоне он неизменно был скорее немногословным слушателем. Сейчас по сути все было точно также, но будто без фильтров подростковых предрассудков.
Влад действительно выглядел более сдержанным, но не высокомерным, а скорее просто спокойным и уверенным в себе. Его реплики были редкими, но уместными, и больше поддерживали собеседника, нежели привлекали к себе внимание. Он был активным и заинтересованным участником происходящего, просто в основном оставался в тени.
Я подмечала все новые и новые положительные качества бывшего моей сестры и наверное впервые за пять лет задалась вопросом, а что её собственно тогда в нем не устроило. Следом за этими мыслями я перевела взгляд на Колю и задумалась, что конкретно мне нравилось в нем.
Глядя на то, с каким неподдельным энтузиазмом Коля разглядывает покрывало, я неожиданно поймала себя на ощущении дежавю. Мне всегда нравилось, как он открыто проявлял свои эмоции, не стесняясь показывать себя настоящего. Будучи душой любой компании на него практически невозможно было злиться. Слишком искренним он был в любом своем проявлении.
Мне казалось, что он просто не умеет обманывать или притворяться, не сможет предать. Сейчас я видела, что не ошибалась тогда, но и много не замечала.
Например, я не замечала, насколько он непостоянный даже в мелочах. Не задумывалась, что все его действия направлены в первую очередь на него самого, хотя если ему об этом сказать, он действительно не поймет. Такая у него суть, что, однако, не делает его плохим.
За этими мыслями мне неожиданно стало легче. Словно какая-то деталь встала на свои места. Я вдруг поняла сестру, которая отказалась от отношений с надежным и перспективным парнем, отказалась от возможности переехать в столицу и жить как за каменной стеной, потому что в своем спутнике ей важнее были совершенно другие качества. Те, которые она нашла в своем муже.
Именно сейчас я осознала, что мои отношения с Колей были заведомо обречены. Скорее всего я рано или поздно повзрослела бы, поняла, что он не даст мне того, что я хочу, и мы разойдемся. И если бы этого не произошло, сейчас я вряд ли была также довольна своей жизнью.
Внутри я словно ощутила легкий укол тоски по тем временам, но в тоже время действительно успокоилась. Пришло какое-то принятие, что все именно так, как и должно быть. Однако это лишь слегка снизило уровень моей обиды, но не избавило от нее полностью. Все-таки за поступки надо отвечать, а я за пять лет не услышала даже банальных извинений.