Эта встреча и впрямь получилась бы безумно милой, если бы не мое непроходящее волнение. Коля вел себя идеально, мне не к чему было придраться, но я неизменно всего этого не хотела.
Это невозможно было объяснить, но мне то и дело хотелось попросить его перестать стараться. Ведь за каждым моим искренним смехом, его прикосновениями и общими темами, следовала моя тревога, что вот сейчас он скажет, как хочет быть со мной, и придется отказывать, объясняться или даже что-то доказывать.
Мы пошли уже на второй круг небольшой прогулочной территории, когда я больше не выдержала этого идеального образа и решилась задать вопрос в лоб.
– Коля, все-таки объясни, пожалуйста, зачем была нужна эта встреча? – мои слова ожидаемо заставили его замолчать, но я довольно скоро получила первое подобие ответа.
– Так ведь, не виделись давно… – было видно, как вдумчиво он взвешивает каждое слово.
– И столько же потом не увидимся. Поэтому попробуй еще раз объяснить, зачем? – я проговорила это тем самым тоном, которым порой на зачетах говорю с учениками. Требовательно, но с претензией на снисхождение, даже с наводящими вопросами. – Ты вдруг решил попросить прощения, потом вытащить в парк. Мы, конечно, замечательно гуляем, но это было актуально пять лет назад, не сейчас.
– Я уже говорил, что я придурок… – выдал он на выдохе, но в его речи не было раскаяния, зато была попытка просчитать ходы в нашем разговоре. – Я чувствую за собой вину, ведь правда некрасиво тогда поступил. Поэтому очень хочу заслужить твое прощение и наладить отношения!
Здесь был подходящий момент, чтобы указать, как умело он цитирует слова своего брата, но я естественно не стала себя выдавать. Хотя тот факт, что к Владу он прислушался, мне скорее импонировал.
– Ты так и не ответил на вопрос “зачем”. – я окончательно ввела Колю в ступор, поэтому пришлось еще немного направить его мысли. – Могу перефразировать. Для чего? Для чего тебе налаживать со мной отношения? Для чего добиваться моего прощения?
– Ты ведь все понимаешь… – Коля произнес это с некоторой обреченной грустью, даже не пытаясь скрыть свою растерянность.
– В том-то и дело, Коль, что не понимаю.
Мы замолчали. Коля видимо искал подходящее объяснение, а я вдруг осознала, что мне никакое не подойдет. Признание в чувствах поставлю под сомнение, начнет юлить и приводить другие доводы, также не поверю. Мне в самом деле просто хотелось, чтобы это закончилось и мы разошлись в разные стороны.
Наверное дело было в подорванном доверии, ведь обиды я действительно не ощущала. Можно было даже сказать, что я ничего не чувствую, но что-то все-таки ворочалось внутри, мешая расслабиться. Я до конца не понимала, что это за переживание, но оно точно было не в пользу Коли.
Тем временем молчание перешло в затяжную стадию. Я уже хотела повторить свои слова про то, что не держу на него обид и распрощаться, но не вышло. Мы с Колей начали говорить одновременно, запнувшись на первых звуках и внимательно посмотрев друг на друга.
Ситуация выглядела забавно, особенно когда мы начали уступать друг другу право сказать. Легкое перебрасывание эстафеты слова моментально разрядило скопившееся напряжение. Поэтому когда я убедила его все-таки ответить на вопрос, Коля лучился положительными эмоциями, от чего мне тоже не удавалось сдерживать улыбку.
– В общем, если честно, я не знаю, что тебе ответить. – Коля продолжал добродушно улыбаться, что его даже не смутил мой вопросительный взгляд. – Правда, не могу объяснить. Просто мы встретились спустя долгое время, разговариваем сейчас, будто сама судьба дает шанс все исправить. Грех его упустить. – он беззаботно развел руки в стороны в подобии извиняющегося жеста, но меня этим с толку не сбил.
– Это все происходит не благодаря судьбе, а исключительно по твоей задумке. мя решила сразу обозначить, что его возвышенной речи не оценила.
– Тогда я молодец и могу себя похвалить. – он снова растянулся в обаятельной улыбке, от которой неприятно защемило в груди.
Он улыбался искренне, я это точно знала, также как он говорил сейчас правду, от которой мне было не легче. Тогда пять лет назад он просто больше не захотел со мной отношений и не смог об этом сказать. Сейчас он их напротив захотел и точно также не может это объяснить.
Я же чувствовала себя в этом всем какой-то обманутой. Хотя мне было очевидно, что дай Коле чуть больше времени, а не одну встречу, и я бы могла снова ему сдаться и попытаться довериться, если бы не одно важное но, его брат.