После такого потока противоречивой информации в чем-либо признаться я в который раз не решилась. Опыт подсказывал, что ничего хорошего моя правда не принесет, а оправдывать свои решения перед семьей мне всегда было трудно. Наверное, я в принципе была главным их разочарованием, потому что большинство моих поступков их в основном огорчало.
Не говоря о продаже машины, аналогично было с поступлением в музыкальную академию. С моим решение тогда полностью согласились, но по факту просто смирились с тем, что толку из меня вроде как не выйдет. Реальную поддержку при поступлении мне тогда оказал Коля, всячески заряжая на то, что с таким образованием можно много где себя реализовать.
С машиной все обстояло иначе, ведь поддержки искать было не откуда. Даже наличие у меня столичной квартиры не сменило их изначального настроя. Ту историю мне не слишком приятно припоминают и по сей день, намекая на совершенную мной глупость.
Я хоть и понимала, что моим консервативным в чем-то родителям просто многого не понять, и это не значит, что меня не любят. Тем не менее с тех пор свой мир я привыкла оберегать от посторонних вмешательств. Только одно дело скрывать подработку, а другое - отношения с тем, кого семья хорошо знает.
Все было бы гораздо проще, не воспылай Катя чувствами к бывшему и не припиши ему то же самое. Меня заранее пугало то, сколько она уже могла наговорить матери с отцом и как тяжело мне будет кого-либо переубеждать в обратном. В итоге свой страх перебороть мне так и не удалось и решение этой проблемы я в который раз отложила на потом.
Рассказать Владу о разговоре с матерью и планах сестры тоже не смогла. Я точно знала, что он предложит самостоятельно со всеми поговорить и все объяснить, но от этого становилось только страшнее. Все-таки вероятные последствия в случае неудачи предстояло бы разгребать именно мне. Помимо этого, совершенно не хотелось омрачать наше совместное времяпрепровождение подобными темами.
На самом деле мне даже думать не хотелось ни о чем другом. Приехав в квартиру к Владу не без иронии отметила про себя, что будто вернулась к нам домой. Потом я вся ушла с головой в приготовление ужина, а вечером с работы приехал сам Влад и мне окончательно стало ни до чего кроме него.
На следующее утро я не без удовольствия наблюдала, как он собирается на работу. Потом в течение дня успела и прогуляться, и по полной насладиться ванной. Пусть ужин я уже не готовила, но заказывала сама и дожидалась своего мужчину в достаточно романтичной обстановке.
Я словно пребывала в своей персональной сказке, наслаждаясь каждым нашим моментом и даже периодами коротких ожиданий. Все трудности сами собой отошли на задний план, ведь остальное складывалось как нельзя лучше.
Так как родители теперь всегда были в курсе моих отлучек в столицу, меня иногда просили куда-то заехать и что-то прикупить, чтобы не ждать долгих доставок и не бояться нарваться на некачественный товар. В этот раз такая просьба оказалась кстати, ведь Влад предложил воспользоваться возможностью встретиться еще раз перед моим отъездом.
Нашу обеденную встречу я предвкушала, будто не наблюдала второе утро подряд его сборы на работу. Однако когда он предложил вместо кафе подняться к нему в офис, я еле сдержала свой дикий восторг. Во-первых, меня порадовало, что он не отказался от встречи, а предложил альтернативу. Во-вторых, побывать на верхних этажа этого бизнес-центра действительно хотелось.
Только оказавшись на высоте и рассматривая город в лучах солнца, насущные проблемы вновь решили о себе напомнить. Влад рассказал о планах встретиться в братом и все ему рассказать, а я просто не знала, как действовать дальше.
Пусть Коля был наименьшей проблемой и даже вовсе не моей, однако я точно представляла вероятные риски. Из-за тесного общения наших родителей и Колиной разговорчивости информация могла проскочить в любом ее проявлении. Я кое-как уговорила Влада повременить с откровениями и уже понадеялась, что вопрос снова удалось отложить, но обстоятельства явно оказались против.
Увидев Колю в приемной не сразу поверила своим глазам и совершенно растерялась. В голове смешались абсолютно все логичные мысли, потому что ни в чем признаваться не хотелось, но и изворачиваться было глупо. В конечном итоге я попросту сбежала с так называемого поля боя.
Разум немного прояснился только в дороге, когда я выехала за пределы столицы. Весь свой путь я упрямо обдумывала происходящее, принимая одну логичную мысль - так не может дальше продолжаться. Оставалось лишь одно, рассказать все родителям и попытаться донести до них, что у сестры я никого не уводила.