Я внимательно оглядывалась по сторонам, чтобы случайно не нарваться на детектива. В последнее время он тут часто околачивается, так что мне не хотелось, чтобы он поймал меня при попытке пробраться в дом напротив. Особенно, если это приведёт его к трём психам.
Улица была пуста, но я всё равно шла вдоль забора, стараться слиться с листвой деревьев. На этой стороне дороги я слышала, как бездомный что-то напевал про себя. Это плохо. Если он начнёт напевать немного громче, Зеро точно его услышит.
Я подошла к изгороди, осторожно посмотрела влево и вправо и уставилась на бородача, тыкающего палкой в гриб. «Хей», — тихонько позвала я его.
Он резко обернулся, готовый к атаке, как змея. В его маленьких, как бусинки, чёрных глазках затаилась опасность, а правая рука сжалась в кулак. А хотя нет, это не кулак — он сложил два пальца вместе, как будто был готов тыкнуть ими мне в глаз. Вот блин. Похоже, что бездомный был не просто чокнутым, а опасным чокнутым.
«А, это ты», — сказал он, и из его глаз ушла опасность. «Тебе следует быть более осторожной. Я мог поранить тебя.»
Я уставилась на его сложенный пальцы и покачала головой: «Чем? Этим?»
«Конечно нет», — он опустил руку. «Пальцы — это не ножи. Точнее, мои пальцы — не ножи. Чьи-то пальцы могут быть и ножами.»
«Ну, мои тоже не ножи», — с осторожностью ответила я ему. Я показала ему банан и контейнер с едой: «Голоден?»
«Это настоящая еда?», — спросил он. его глаза сделались подозрительными.
«Да, я сама приготовила. Но не банан. Он вырос на дереве.»
«Не всегда они растут на дереве», — ответил бездомный. Его взгляд перемещался туда-сюда — с еды на меня.
Я взглянула на него исподлобья: «Не всегда? Ну этот точно вырос на дереве.»
Он резко выхватил у меня еду, а затем поклонился: «Милая леди, премного благодарен. Очень тронут. Очень тронут.»
«Да, мы все так и подумали. Эй»
«Эй», — ответил он с полным ртом.
«Так это ты съел пирог тогда, да? Тот, который я поставила остывать.»
Он уставился на меня: «И как же я пробрался в дом? А? Не можешь доказать? Не можешь.»
«Да, я бы тоже хотела это знать». Зеро же сказал, что поставил на дом защитные заклинания. Благодаря им ни люди, ни потусторонние существа не могли войти в дом, так как же этот бородач в него попал? «Как ты попал в дом? И как ты знал, когда именно приходить? Если трое моих…»
Он резко начал качать головой: «Нет. Нет. Нет. Я не захожу в дом, когда они там.»
«И это правильно. Эй»
«Что?»
«Ты за мной следил, не так ли?»
«Это ты тоже не можешь доказать», — в этот раз в его глазах читался смех.
«Нет, не могу», — согласилась я.
«Девушка не должна заходить в тот дом», — кивнул он в сторону дома через дорогу. «Там небезопасно.»
«Я знаю», — ответила я. «Но есть кто-то, кто бережёт меня от опасности, так что со мной всё будет в порядке. Ты тоже не должен тут ходить.»
«Никто никого не может сохранить в безопасности», — со всей серьёзностью ответил он. «Даже если с помощью зонта.»
Я с трудом остановила себя, чтобы не сказать «да, но зонт может спасти от дождя». Как будто мы с этим чуваком говорим на каком-то, только нам понятном, шифре. Бородатый бездомный неожиданно уставился на меня, а затем улыбнулся.
Я подождала пару минут, пока он доест, а затем спросила: «Ты знаешь что-нибудь о странных звуках, доносящихся из этого дома? И о людях, которые то появляются, то исчезают?»
«Я то появляюсь, то исчезаю. Очень часто появляюсь и исчезаю.»
«Нет, я о других людях. Может они даже и не выглядят как люди.»
Его глаза засверкали: «А как же они выглядят, если не похожи на людей?»
«Может это я схожу с ума?», — тихо прошептала я про себя. Ему же я громко ответила: «Просто люди. Но может они тащили за собой кого-то, кто не хотел идти сюда?»
«Никто здесь не ходит. Кроме меня. Здесь спать гораздо теплее.»
«Да, могу поспорить что так оно и есть», — сказала я, вспоминая холод Между. «Может тебе вынести одеяло?»
Он долгое время молча смотрел на меня. Затем неожиданно ответил: «То был вкусный пирог. Я выбросил тарелку в тот мусорный бак. Ну, на случай, если ты захочешь её вернуть.»
Я проследила за его взглядом и совсем не удивилась, когда увидела те два мусорных бака, из которых он ранее вылазил. «Спасибо», — сказала я, поворачиваясь к нему, но он уже ушёл.
Вот же хитрый нищий. Неудивительно, что он пробирался в мой дом так, что я даже не видела и не слышала его. Наверное, мне придётся самой узнать, как ему удавалось пробраться в дом. В любом случае, рассказывать о нём трём моим психам нельзя. Также мне придётся найти способ передать нищему одеяло, но так, чтобы три психа этого не заметили.