Уже подходя к подъезду, замечаю знакомую проститутку – «бабушку русского минета».
- Лиза, ты пока поднимайся, а я тем временем за угол - за шоколадкой для тебя сбегаю.
Она – сластёна ещё та, хоть и официально - считает эту страсть мещанством.
Отоварившись, догоняю «труженицу тела». Та, меня влёт узнала – видимо профессиональная память:
- Ну, здравствуй, милок!
- И тебе не хворать, - протягиваю пятьдесят рублей, - через час-полтора на твоей квартире. Договорились?
Так прикидывает:
- Это ж, я сколько клиентов пропущу… Накинь ещё четверной!
- Червонец сверху и ни полушкой больше.
Согласившись, подмигивает:
- Жду!
Наконец, я дома и разоблачась:
- Ты чем обрадуешь, голуба моя?
Обнимая меня, целует:
- Я соскучилась по тебе, Серафим…
Как был прав Александр Сергеевич:
«Чем меньше женщину мы любим,
Тем больше меньше она нас!».
Хотя, мои чувства к Елизавете настолько противоречивы, что разобраться в них – мне сложно, даже с моим богатым жизненным стажем. Да и, сказать по правде – некогда мне в них разбираться, занимаясь толстовско-достоевским самокопанием. Поэтому отстранившись, несколько строго:
- Ну, это-то понятно. А кроме того?
Дурашливо приложив руку к «пустой» голове, та:
- Продолжаем с Андреем Александровичем «любить» друг другу мозги.
Андрей Жданов, этим летом станет 1-м секретарём Нижегородского Губкома ВКП(б), поэтому взаимоотношение с ним передового отряда наших «альпинистов» - очень важно.
- Ну и как? Получается?
Пожав полуголыми плечами, так что бретелька «неглиже» с одного из них соскочила, обнажив прелестную грудь:
- Как ты и учил: наши отношения из попытки серьёзных ухаживаний с его стороны, очень плавно перешли в лёгкий флирт, а на данном этапе - на пути к чисто дружеским отношениям.
Сделав книксен и так поклонившись при этом, что стало видно уже две её девичьи острые грудки, она с обезоружущей покорностью обитательницы гарема:
- Как ты и учил, наставник…
Пока всё идёт по плану!
Тянет меня за рукав в спальню:
- Ну, что «завис» то? Твоя послушная ученица требует поощрения.
После ещё более грандиозного - чем даже новогодний, «недотраха» - типа спохватываюсь:
- Блин, забыл: мне же надо Фролу Изотовичу позвонить!
Та, с едва заметной долей ревности:
- А может Софье Николаевне?
Натягивая брюки:
- В «Красный трактир» ещё не провели телефон – а вот в Ульяновский волисполком – таки, уже да. Правда, мне подсуетиться пришлось.
- Хм… Товарищ Анисимов ночует, на работе, что ли?
- Нет, не ночует, - замечаю, что невольно оправдываюсь и меня это бесит, - но сегодня партийное собрание и я должен донести своё мнение!
Уже одевшись, практически «на скаку»:
- Кстати, забыл поинтересоваться: как там в Москве Надежда Павловна поживает? Чем занимается? Что пишет, то?
С лёгкой усмешкой:
- «Ma maman» пишет, что «строит» имажинистов в «Стойле» - только в путь! Даже на Есенина прикрикивает и, тот ходит перед ней на цырлах…
Морщусь:
- Девочка! Не стоит повторять за взрослыми дяденьками, некоторые - не совсем хорошие слова.
Поправляется:
- Как ручная собачонка – на задних лапках, хочу сказать.
Когда я вернулся после «звонка» - «разгруженный» как отформатированная 8-ми гиговая флешка, она уже сладко спала голышом в единственной кровати - раскинув руки и разметав роскошные русые волосы по подушке.
Полюбовавшись на неё, как маститый скульптор на мраморное творение рук своих – обещающим стать мировым шедевром, я пристроился дрыхнуть на кухне на сдвинутых вместе табуретках…
***
Не мог не побывать у Ксавера.