Ну, думаю: пока проблемы не начались всерьёз - надо найти ему какое-то занятие!
Сперва скорешился с ним, не разлей вода - ибо не мной сказано: держи друзей рядом с собой - а врагов (в том числе и потенциальных) ближе всех. Затем думаю – надо его влюбить да женить на ком-нибудь, чтоб проблемы семейного быта - несколько подсократили его личное время для занятий общественными делами.
Благо – за кандидаткой для «источника проблем», далеко ходить не надо.
Ефим Анисимов, как стал «городским» - тут же выписал своей пассии из Ульяновска полный абшид, найдя себе смазливую комсомолочку в Нижнем Новгороде. Катя Олейникова погоревала всю осень, зиму и лишь к весне «вернулась» к жизни – приглядываясь с кем бы отомстить «изменщику».
Тут, я к ней и подкатываю:
- Ты посмотри какай парень, Кать! Не просто городской – СТОЛИЧНЫЙ!!! Вот Ефим то - будет полными жменями волосья на груди рвать, если ты его на себе женишь.
Та правда, нешуточно комплексовала по поводу своего «колхозного» внешнего вида и, пришлось её немного приодеть и снабдить косметикой, чтоб она стала выглядеть «городской» и бестрепетно ринулась в бой на завоевание сердца москвича.
Того, тоже поджучивал - пользуясь приятельским положением:
- Ты посмотри какая девка, Федя: сись… Грудь… Ох, какая грудь! Фигура, главное - жоп… Вот это ЖОП…ПА!!! Стройный девичий стан – всё при ней. А, ножки какие… Какие ножки! Не идёт – а пишет! И на лицо… Ну просто Александра Коллонтай до первого бракоразводного процесса. Дурак будешь, Фёдор, если такую девку упустишь!
Не знаю, что больше подействовало – катькино девичье обаяние или обострившейся по весне федькин сперматокоз… Но они сошлись.
Однако, стало ещё хуже!
Он, ей так хорошо прополоскал мозги своей педофилией… Извиняюсь – «педологией» и, теперь они принялись вместе - выносить мозги нашим бедным провинциальным учителям и ни в чём неповинным ребятишкам. Причём «неофит» Катя по степени фанатизма - могла любой «подпоясанной» шахидке дать сто очков форы.
Теряя терпение, спрашиваю у неё как-то раз:
- Вы с Фёдором жениться собираетесь, в конце-то концов? Первичную ячейку общества - семью создавать, как завещал нам Карл Маркс, детей рожать - новое поколение строителей коммунизма?
Та, носик задрав:
- Мы с Фридрихом решили посвятить наши жизни педологии! А брак и дети – этому будут помехой.
Вот такие пироги с котятами!
***
- Нюрка то опять на сносях, - как-то за обедом сказал Отец Фёдор, - вот прям беда с этой бабой…
Мысли мои далеко отсюда и, чисто, чтоб поддержать разговор с названным родителем, вяло интересуюсь:
- Это какая-такая «Нюрка», отец и, объясни мне: что за «беда» нам – что она «опять на сносях»?
- Солдатка Нюрка Никитина…
Не донеся до рта уже набранную ложку, снова опускаю её в тарелку со щами:
- «Никитина», говоришь?
- Она самая. Баба – ничего плохого не могу сказать: лицом и фигурой ладная, работящая, хозяйственная – но вот «на передок» слаба! Артём то ейный ещё в пятнадцатом где-то в Галиции сгинул (крестится), оставив её с дитём. Погоревала она с год, да и пустилась во все тяжкие: что ни год – то рожает ребёнка и, причём - сама не знает от кого. Последний, так вообще - лицом на какого-то монгола похож…
И помолчав, с крайне озадаченным видом недоумённо чешет-перебирает бороду:
- Спрашивается: где дура-баба умудрилась монгола себе найти?
- Не иначе, как «спящие гены» проснулись…, - решил я сумничать, пред тем как продолжить трапезу.
Глаза ширше блюдца под чай:
- «Спящие Гены»?!
- Со времён «трёхсотлетнего» монголо-болгарского ига, спящие.
Вкратце и «на пальцах», объясняю шо цэ такэ.
Иерей, с крайне уважительным видом перед моей учёностью, протянул: