В наступившей после моих слов зловещей тишине,
у Мишки совершенно случайно открылся портфель, со звоном вывалив содержимое и пока он его собирал, бурча:
- Говорил же сразу на Лубянку в подвал его, а теперь придётся заново весь инструмент стерилизовать…
Товарищ «харбинских бамбукоедов» смотрел на него с неописуемым ужасом.
- …Хотя можно просто на примусе нагреть докрасна – оно и эффективнее при «работе» будет.
Когда Барон собрав «оснастку» выпрямился, поставил портфель у ног, миролюбиво говорю:
- Зачем же так сразу - в подвал и нагретый железный предмет в задницу? Возможно этот гражданин заблуждался, ошибался или был намеренно ведён кем-то в заблуждение… Ведь, так дело было?
- Мммеее…
- Товарищ Дзержинский, что нам с тобой говорил? «Всегда надо дать человеку шанс исправиться».
Обращаюсь как можно ласковей к чиновнику:
- Дать тебе шанс, гражданин?
Тот, чуть на колени не бухнувшись, прижав обе руки к сердцу:
- Сделаю, всё что могу… Что от меня требуется?
- Да, сущие пустяки! Дать возможность нэпманам работать с максимальной прибылью и платить налоги с отчислениями. В том числе и в городской бюджет.
Обеспокоенно переводит взгляд то на меня, то на Мишку:
- Не всё в моих силах, тов… Граждане! Не я один…
Тоже посмотрев на напарника, я Ньютоном – после падения ему на голову яблока, вопрошаю:
- Так это мы имеем - не одиночное злодеяние, а целый преступный сговор? Ишь ты, до каких высот враги народа добрались!
Тот, зазвенев портфелем, ощерился серийным маньячилой:
- Факт налицо! Я ж говорю – зря валандаемся… В подвал к нам его и, зуб даю – к утру у нас будет весь список контрреволюционной организации.
При вновь наступившей могильной тишине, Мишка уточнил:
- Его зуб даю.
«На лицо» не факт – а паника:
- Товарищи, товарищи – Вы меня не так поняли!
Подняв левую руку, а правой откинув крышку, смотрю на циферблат недавно приобретённых «траншейных» часов фирмы «Swiss»[4]:
- У тебя ровно одни минута на то, чтобы мы тебя поняли «так»… Время пошло.
Поспешно выдыхает:
- Через неделю предприятия московского общепита будут работать круглосуточно.
Прищурившись смотрю на него:
- Вы в этом уверены?
Со стальным оттенком в голосе:
- Слово коммуниста!
Переглянувшись с Мишкой:
- Ну, что ж… Феликс Эдмундович на последнем совещании говорил об испытательном сроке для покаявшихся саботажников.
Прощаясь, Барон подойдя вплотную – больно ткнул пальцем куда-то под ребро и, потребав по щёчке - приторно-сладким голоском:
- Я, всю неделю с нетерпением буду ждать нашей следующей встречи, милашка!
Садясь в машину, Миша спросил:
- Сработает?
Я, с философским спокойствием:
- Да, кто ж его знает? Человеческая душа – потёмки, даже для ангела…
Однако, сработало!
Ровно через неделю нужное постановление Моссовета было опубликовано в газетах.
[1] Иван Приблудный (настоящее имя и фамилия Яков Петрович Овчаренко; 1905-1937) - русский советский поэт. Принадлежал к кругу «новокрестьянских» поэтов, входил в окружение Сергея Есенина. Он был постоянным участником пьяных загулов Есенина, что нашло отражение в некоторых есенинских стихотворениях.
Приблудный вполне разделял с Есениным «славу скандалиста», хотя зачинщиком большинства драк и скандалов, был именно Есенин. Вполне возможно, что Иван Приблудный послужил Булгакову М. прототипом для создания образа Ивана Бездомного в романе «Мастер и Маргарита». В частности, в пользу этой версии свидетельствуют некоторые совпадения между реальными фактами из биографии Приблудного и описанными в романе у Булгакова например - потасовка в ресторане.
В общем – довольно известная в литературных кругах личность! В записных книжках Идьффа И. есть такие строки: «По улице бежит Иван Приблудный. В зубах у него шницель. Ночь».