Выбрать главу

[2] В 1924 г. пути Есенина и Блюмкина снова пересеклись: Яков Григорьевич был назначен помощником полномочного представителя ОГПУ в Закавказье. Поэта он позвал ехать с собой.

[3] «У каждой аварии есть фамилия, имя и отчество!», - говорил нарком железнодорожного транспорта Каганович.

[4] Во время Первой мировой войны многие компании, включая «Omega», «Longines» и другие производили ручные или так называемые «траншейные»  часы для использования военными. Эти часы были практически одного дизайна: эмалевый циферблат с крупными белыми цифрами и люминесцентная часовая стрелка. Зачастую на них не было указано название производителя, хотя механизм 90-х годов XIX века, изначально предназначавшийся для женских часов-кулонов, имел маркировку «Swiss» («Швейцария»). Корпус чаще всего изготавливался из стали.

 

Глава 5. Операция «Самец прилизанный».

Идея единого пулемёта в России вовсе не нова: ещё в начале 1920-х годов конструктор стрелкового оружия Владимир Фёдоров предложил создать таковой девайс - пригодный для установки на сошки, на полевые станки и на бронетехнику.

Однако, нет пророка в своём Отечестве!

Рисунок 7. Единый пулемёт «MG-34» на универсальном станке.

 

 Первыми воплотили эту идею в жизнь немцы и, единственные из всех воюющих стран применили на деле во время Второй мировой войны. Наличие в составе пехотного отделения «пилы Гитлера» - пулемёта МГ-34, позволило Вермахту перевернуть с ног на голову всю пехотную тактику. Наступление, впредь осуществлялось переносом вперёд огня - а не живой силы. Основную роль играл именно пулемёт – остальные пехотинцы в немецком отделении являлись лишь обслугой и охраной, обеспечивающими его эффективную работу. Каждый пехотинец Вермахта был обучен стрельбе из пулемёта и мог в любой момент заменить вышедшего из пулемётчика. Таким образом, огонь вёлся - пока в отделении был цел хоть один целый солдат.

 

В обороне МГ-34 (а затем «газонокосилка» МГ-42) выкашивал ряды наступающих, а в наступление не давал обороняющимся высунуть нос из окопа… Поэтому по большому счёту - не важно, чем был вооружён рядовой немецкий пехотинец: «шмайссером» МП-40, новейшим «штурмгевером» или отстойно устаревшей винтовкой «Mauser 98k» с болтовым затвором. Подход под прикрытием подавляющего огня пулемёта к оборонительным позициям на расстояние броска гранаты, затем щедро накидать «колотушки» в окопы и, наконец крикнуть оставшимся в живых:

- РУСС, СДАВАЙСЯ!!!

И, сдавались… А куда деваться?! Не каждый из нас способен сопротивляться в заведомо безнадёжной ситуации.

 

Конечно многие скажут, что в советском стрелковом отделении был ручной пулемёт Дегтярёва – «ДП»…

Не, а!

Чаще всего конструкторы оружия конструируют свои девайсы соответственно тактико-техническим требованиям заказчика. «Генералы всегда готовятся к прошедшей войне», - сказал кто-то из великих мира сего.

Наши красные командармы были ничем не хуже, в смысле – не умнее, вот и заказали!

Этот ручной пулемёт (я бы даже сказал – автоматическая винтовка на сошках) был разработан с учётом опыта Первой мировой войны и глядя на образцы оружия той же эпохи. Вот на той – на Великой европейской войне, он бы вполне прилично смотрелся на фоне «Льюиса», «Шоша» и немецкого «DMW MG 08/18» - творчески запиленного со станкового «DMW MG 08»… Клона британского «Maxim-Vickers Mk. I» или нашего «Максима», то бишь.

После появления «МГ-34» «Дягтярь» безнадёжно устарел – как впрочем и все другие пулемёты армий мира. Да, осуществлять «поддержку» он мог, но подавлять…

НИКОГДА!!!

 

Ну и, что делать?

А делать что-то надо…

 

***

Я бы никогда в эту тему не встрял - ибо отчётливо понимаю всю её сложность, если бы не один - доставшийся мне волей случая, «рояль»… Срочную службу я проходил в кадрированном танковом полку на Урале, где солдат-срочников было меньше - чем офицеров и даже прапорщиков. Один из последних (по национальности «небрат», что немаловажно) за что-то меня сильно «полюбил». А так как он был заведующим, не положим - продовольственного склада с сухпайком, а совсем наоборот – стрелкового со снятыми на хранение танковыми пулемётами, свою «любовь» ко мне он мог выразить только «регламентными работами» по разборке-сборке, чистке-смазке, консервации-разконсервации вверенного ему имущества.