Вздохнув, типа, «куда от Вас денешься?», я продекламировал:
- «Синенький скромный платочек
Падал с опущенных плеч.
Ты говорила, что не забудешь
Ласковых, радостных встреч.
Порой ночной
Мы распрощались с тобой...
Нет прежних ночек.
Где ты платочек,
Милый, желанный, родной?
Помню, как в памятный вечер
Падал платочек твой с плеч,
Как провожала и обещала
Синий платочек сберечь…[2]».
Вдруг она опомнившись:
- Серафим, подождите я буду записывать!
- Не утруждайте себя, - протягиваю тоненькую тетрадочку из сшитых листов, - здесь у меня для Вас всё записано…
Вера Ивановна у нас не только домохозяйка, но и учитель пения с музыкальным образованием. Я лишь чуть-чуть подсказал мелодию песни и она буквально при мне переложила её на ноты. Села за пианино, спели дуэтом и она воскликнула в восхищении:
- Это произведёт фурор!
Осталось только согласиться с ней:
- Без всякого сомнения, это будет так.
Нехорошо воровать чужие стихи, да?
Согласен – ой, как не хорошо… Даже противно!
А день-через день выслушивать от Макаренко жалобы на задержку финансирования «ВТК» от НКВД - это хорошо?
А каждый раз приезжая в Нижний, наблюдать беспризорных детей на улицах – это хорошо?
А слушать везде и всюду всевозможную цыганщину и блатняк – всех этих «Мурок», «Гопов со смыком», «Цыплят жареных» - хорошо? Или, вот ещё «народное творчество»:
« - Я гимназистка седьмого классу,
Пью самогонку заместо квасу,
Ай, шарабан мой, американка,
А я девчонка, я шарлатанка.
Порвались струны моей гитары,
Когда бежала из-под Самары.
Ай, шарабан мой, американка,
А я девчонка, я шарлатанка[3]…».
Других то песен простой народ и не знал в эпоху НЭПа!
Поэтому едва успели стихнуть восторги по поводу «Синего платочка», я архи-скромненько потупив бесстыжие плагиаторские глазоньки, протягиваю ещё одну «заветную» тетрадочку:
- Вера Ивановна! У нас в Ульяновске проживает молодой, но весьма перспективный поэт-песенник – Юра Шатунов. Сам он публиковаться стесняется - но попросил меня… А я в свою очередь – хочу попросить Вас!
Та, с подозрением глянув:
- Давайте я посмотрю.
Не успев прочесть даже пару строк, фыркает:
- Это не поэзия!
- А никто и не называет это поэзией. Это попса.
- «Попса»?
- Да, именно так: ПОПСА!!! От слова «популярный».
Та в ужасе:
- Как «это» может быть популярным, Серафим?!
- Очень обыкновенно! Давайте попробуем подобрать мелодию и спеть - у нас с вами, это здорово получается. А там – сами увидите.
После недолгих но изнурительных мытарств, мы с ней запели:
« - Мальчик хочет в Тамбов
Ты знаешь чики-чики-чики-чикита,
Мальчик хочет в Тамбов
Ты знаешь чики-чики-чики-чикита,
Но не летят туда сегодня дирижабли
И не едут даже поезда,
Но не летят туда сегодня дирижабли
И не едут даже поезда
Ты стояла у берега моря
И смотрела на старый причал,
И с причала какой-то мальчишка
О беде вдруг своей прокричал[4]:
- ААА!!!».
На издаваемые нами звуки подошёл, как был (в одной руке наполовину стакан «мутняка» в другой надкушенный солёный бочковый огурец на вилке), Евгений Александрович: