- А ну-ка пройдитесь, товарищ милиционер…
Часто бывает, человека не по внешнему виду - по походке или голосу узнают, а тот перед друзьями и знакомыми Яковлева - уже достаточно засветился.
- Да, нормалёк всё, – прошепелявил Мишка, слегка прихрамывая сделав вокруг меня круг, - я в левый ботинок камешек положил, как ты учил.
Рисунок 11. Первый состав конструкторского бюро А.С. Яковлева
Недовольно для порядка поморщившись:
- Сойдёт для сельской местности. Но всё же, рот свой поменьше открывай.
Первым, перепугав всех соседей по коммуналке и родителей, мы посетили Гушу - того паренька, что прошлым летом - постоянно падал в воду с поплавка «Юнкерса-13» во время «Всесоюзной выставки». Красиво светанув перед носом «корочкой», я ладонь к козырьку форменной фуражки:
- Оперуполномоченный отдела по борьбе с экономическими преступлениями «МУРа», комиссар Каталкин!
Отец Гущи будучи в изрядном подвыпитию по случаю субботы, отвесил любимому чаду звучный подзатыльник:
- Что он натворил? Неуж, наш тихоня украл что или с беспризорниками связался?!
Делаю предостерегающий жест:
- Спокойно, гражданин! У нас к вашему сыну несколько вопросов по поводу его знакомого Александра Яковлева…
Мать паренька будучи в предъистеричном шоке, с размаха шлёпнула того пониже спины скрученным мокрым полотенцем, которое видимо стирала перед нашим приходом:
- Я ж тебе сколько раз говорила – не связываться с этим малахольным!
- Спокойно, гражданочка! Мы всего лишь проверяем поступившие к нам сигналы…
Улыбаясь, развожу руками:
- …Служба у нас такая, понимаете?
После чего, разговор пошёл более спокойным и конструктивным.
Опрашиваемый Гуща был одет…
Ну, мягко сказать – весьма непритязательно!
Очень мягко сказать.
На этом и, на неизбежно появившимся в таком возрасте эгоцентризме - можно хорошо сыграть. Прямо ни в чём не обвиняя Александра Яковлева, я грамотно подводил перепуганного паренька к мысли о нечистоплотности лидера их «планерного кружка» в целевом использовании финансовых средств - выделенных ему «ОДВФ»:
- Не подскажите, откуда у вашего приятеля новенькая «пролетарка», «камчатка» и эти… Как, их там?
- «Берцы», - подсказывает Мишка, - между прочим, на рынке – больше «партминимума» стоят!
«Партминимум» - это максимальная месячная зарплата, которую до 1934 года мог получать истинный коммунист.
Для сравнения мужскую обувь Зеленкина «с клеймом на подошве» («штиблеты» — как их тогда называли, с рантом и без) – казавшаяся тогда самым верхом шика, в магазине находящемся в доме 3 по Кузнецкому Мосту, стоила тогда от девяти до двадцати рублей.
Черные, серые, или песочного цвета фетровые женские боты стоили ещё дороже — 25–32 рубля.
- Вот, вот! – обрадованно, - так откуда «дровишки»?
Гуща, отчаянно защищая своего друга, краснеет и пищит:
- Ему, один наш хороший знакомый из…
Мефистофелем из Преисподней криво усмехаясь, я иронически хмыкнул:
- «Хороший знакомый» из Ульяновска выслал-подарил?
Кивает, но уже неуверенно.
Ребятки, запомните: «бесплатный сыр» – только в мышеловке бывает.
Конечно, было опасение, что Яковлев подарки продаст или обменяет на что-нибудь «авиационное». Но мой коварный расчёт оказался верен: ничто человеческое - будущему «Главному» не чуждо и, молодой человек - не отказался от возможности пофорсить-покрасоваться обновой перед сверстниками.
- …Нам эта версия уже знакома и в данный момент - мы её тоже прорабатываем. Но тогда возникает вполне справедливый вопрос: а почему он Вам ничего не подарил? Или ещё кому-нибудь из ребят? А?
Гуща, бледнея кусает губы. Видимо и, до этой встречи - он неоднократно задавал себе этот вопрос:
«А почему не мне? Почему только ему? Чем это интересно, я хуже?».