Когда он отстранился, я осталась дрожать на бортике, обхваченная полотенцем, а в ушах звучало только его спокойное, мягкое объяснение:
— Я читал, что задержка дыхания помогает при панической атаке… Это лучше, чем утопить тебя в воде.
Я едва могла сдерживать дыхание, а внутри меня бушевала гамма эмоций: страх, восторг, боль, растерянность, предательство самой себя. Губы горели, словно огнём, и я впервые почувствовала, что поцелуй закончился слишком рано. Почему это так меня пугало?
Я вспомнила Купера: его заботливые улыбки, прикосновения, фисташковое мороженое, которое он купил для меня после госпитализации… Всё это было рядом, нежно и реально, но теперь сердце моё разрывалось между ним и Беном. Бен, который стоял рядом в бассейне, почти молча, и тем самым говорил больше, чем слова могли бы выразить.
Я знала, что этот поцелуй с Беном не останется для меня просто моментом. Он открыл дверь в мир, где чувства смешались, где любовь и дружба переплелись, а я всё ещё не понимала, как быть. Всё, что я могла сделать, — сидеть на бортике, слушать падение капель с волос, пытаться выровнять дыхание и осознать, что сердце уже не принадлежит мне одному.
И когда я наконец собралась плыть обратно к лестнице, внутри меня ещё дрожали огоньки страха и желания. Я понимала, что эта утренняя тренировка в бассейне останется со мной надолго, вместе с его взглядом, его рукой и его губами на моих.
Глава 10
Купер в последнее время был повсюду. На уроках, в коридорах, в кафетерии — будто следил за каждым моим шагом. Он держал за руку слишком долго, шутил слишком «парнями» шутками, иногда теребил мои волосы так, что я непроизвольно дергалась. И в глубине души я понимала: он пытается быть идеальным, но мне становилось только хуже.
— Эй, ты выглядишь усталой, — сказал он на перемене, подкладывая руку мне на плечо. — Давай пройдёмся, я покажу тебе свой новый трюк с мячом.
Я едва улыбнулась и покачала головой, пытаясь сделать шаг в сторону.
— Купер, не сейчас, ладно? — сказала я, слегка раздражённо, но стараясь не быть слишком резкой.
Он сделал вид, что обиделся, но не отступил. — Всё в порядке. Я просто хочу быть рядом.
Внутри меня росла пустота. Я чувствовала себя виноватой за то, что мысленно возвращалась к Бену, вспоминая его взгляд в бассейне, его губы, его заботу. Купер был здесь, настоящим, внимательным, готовым на всё ради меня, а я… я словно предавала его мыслями.
Мейсон заметил мою растерянность раньше, чем кто-либо другой.
— Ты опять смотришь на него, — тихо сказал он, когда мы вдвоём шли по коридору. — Не скрыть. Даже если будешь кричать «Купер, хватит!», глаза не обманешь.
Я замялась, пытаясь перевести разговор в шутку:
— Ты что, мой новый шпион?
Он улыбнулся, но в глазах мелькнуло что-то серьёзное: понимание. — Нет, просто говорю, как есть.
Я опустила взгляд, прокручивая в голове произошедшее в бассейне. Вина, страх, смешанная с непонятным восторгом от того, что Бен был рядом… Купер подошёл слишком близко, снова взял мою руку, и мне захотелось убежать, но и остаться тоже.
— Ты хочешь мороженое после уроков? — спросил он, мягко улыбаюсь.
Я кивнула, понимая, что не могу устоять перед его заботой, но в то же время сердце тянуло меня к Бену, к его спокойной, молчаливой поддержке, которая была совсем другой, почти невесомой, но от этого болезненно притягательной.
Внутри меня росло понимание: с Купером легко, тепло и безопасно. С Беном — остро, неспокойно и как будто всё снова впервые.
И я не знала, как быть, не знала, как выбрать между этими двумя мирами.
После последнего звонка Купер поймал меня у выхода. Его глаза светились мягким золотым светом осеннего солнца, а улыбка была такой, что внутри неожиданно потеплело.
— Давай прогуляемся? — сказал он тихо. — Я знаю одно уютное место, где никто не мешает.
Я кивнула, сердце забилось быстрее, и мы вышли на пустынную улочку рядом со школой. Лёгкий ветер играл моими волосами, и я чувствовала, как тянусь к нему. Он взял мою руку в свою, и я не отдернула её.
Мы шли молча, но это молчание было мягким, уютным, почти интимным. Он слегка приподнял брови, когда заметил, что я смотрю куда-то в сторону, туда, где Бен оставался в памяти:
— Думаешь о ком-то другом? — спросил Купер осторожно, не дав мне уйти от темы.
Я покраснела и быстро отвернулась:
— Нет, просто… о школе.
Он улыбнулся, слегка подколол:
— Школа, да? Самое романтичное место на свете.
Я невольно рассмеялась, и вдруг мы остановились на мостике через маленькую речку. Купер посмотрел на меня, слегка наклонился и тихо сказал:
— Эдриан… мне нравится быть с тобой.