Я закрыла глаза, вдохнула глубоко, чувствуя тепло её руки на голове.
— Спасибо, Джоан… просто спасибо, что ты рядом.
— Всегда, Эдри, — улыбнулась она. — Я не осуждаю. Я просто рядом. И ты найдёшь свой путь.
Я глубоко вздохнула и впервые позволила себе немного расслабиться. Мои воспоминания, смех, страхи и чувства — всё смешалось в один клубок, который невозможно распутать.
Я лежала на кровати, облокотившись на подушки, и словно перелистывала фотокарточки воспоминаний в голове. Каждый момент с ними тянул меня в разные стороны, а сердце всё ещё не знало, кому принадлежит.
Бен… Он всегда был рядом, даже когда физически мог быть далеко. Я вспоминала, как в школьном дворе он подшучивал надо мной, когда я пыталась скользить по мокрой дорожке — и я едва не упала, а он в последний момент подхватил меня за руку. Или тот вечер, когда мы вместе готовили эксперимент в домашней лаборатории — я случайно пролила реактив, а он тихо смеялся и сказал: «Только ты могла устроить такую химическую катастрофу». Его смех был мягким, почти осторожным, но каждый раз обжигал теплом мою кожу.
А ещё был тот день, когда мы случайно оказались заперты в школьной библиотеке из-за позднего закрытия. Мы сидели среди полок с книгами, и он тихо показывал мне старые заметки из наших школьных проектов, мы спорили о странных гипотезах и смеялись до боли в животе. Его глаза светились, когда он смотрел на меня, и я чувствовала, что это не просто дружба — это было что-то большее, что я ещё не могла назвать словами.
И Купер… С ним всё было иначе. Он умел делать обычные моменты необычными. Я вспоминала, как он однажды принес мне горячий шоколад в тот холодный осенний день, когда я замерзла до костей, и просто сел рядом, обнял плечи и сказал: «Не переживай, всё будет хорошо». Или как он тихо подбросил мне билеты на маленький концерт, который я давно хотела посетить, и мы сидели среди толпы, держась за руки, смеясь над смешными ошибками музыкантов, и мир казался безопасным и правильным, хотя внутри меня всё кричало, что это не то же самое, что с Беном.
Я вспоминала каждое прикосновение — случайное или намеренное, каждый взгляд, каждый смешок. С Беном было как бросок в бурю: страшно, но адреналин захватывал. С Купером — как тёплый свет лампы в дождливый вечер: приятно, уютно, но чуждо тому огню, который жил во мне рядом с Беном.
«Почему так больно?» — шептала я самой себе. «Почему я не могу выбрать кого-то одного?»
И я снова почувствовала эту невозможную тяжесть выбора. Внутри меня шла настоящая война: долг перед самой собой, чувство вины за то, что сердце может желать двоих сразу, и необъяснимая радость от каждого мгновения с ними.
Я закрыла глаза и позволила себе плакать. Слезы были не только от боли, но и от осознания того, как сильно я люблю их обоих — каждого по-своему, но одинаково искренне. И только Джоан, моя старшая сестра, сидела рядом, гладя меня по голове и тихо шепча: «Дыши, Эдри. Ты найдёшь путь. Всё будет хорошо. Ты справишься».
Её присутствие было якорем в этом хаосе эмоций. Я чувствовала себя безопасно, позволяла себе быть слабой, быть собой. Любовь к Бену горела внутри, любовь к Куперу согревала снаружи — и я понимала: это не ошибка, это моя правда. И с этим знанием я впервые позволила себе просто быть, не пытаясь выбирать, не пытаясь скрывать, что моё сердце разорвано на два мира.
Глава 14
Я сидела на кухне, обхватив кружку руками, но тепло от неё почти не доходило до души. В доме тихо, слишком тихо, будто стены сами замерли, чтобы услышать мои мысли. Джоан сидела рядом, просто наблюдала, тихо дышала, не вмешиваясь, но была рядом — и этого было достаточно, чтобы мне немного легче стало.
Мама сделала шаг вперёд. «Эдриан… нам нужно поговорить», — её голос был осторожным, словно она боялась спугнуть что-то внутри меня.
«Что?» — прохрипела я, сердце сжалось.
«Мы… мы уезжаем. В Италию. Через месяц. Папа получает предложение в своей компании, и нам придётся туда переехать», — слова как молотком врезались в грудь.
Я замерла, не веря. «Ты… ты шутишь?!» — голос сорвался, дрожащий, жалкий.
«Нет, Эдриан… всё серьёзно», — мама наклонилась, пытаясь смягчить удар.
И тогда всё вырвалось. Я вскочила, кружку выронила на пол, вода разлилась, стёкла заблестели. «Нет! Я не могу! Я не хочу! Почему?! Почему так?!» — я кричала, рыдала, хватаясь за голову, переплетая пальцы в волосы. Джоан подскочила, схватила меня за плечи, обняла, но не остановила.