— У тебя гость?
— Да, — отвечает Эйден. — И я бы тебе об этом сказал, если бы ты позвонила мне, а не Эрику.
— Ты не всегда отвечаешь на звонки в отличие от Эрика и Елены.
Голос женщины теперь звучит заинтригованно и...
Черт возьми.
Я поворачиваюсь на пятках и быстро натягиваю нейтральное выражение лица. Через несколько секунд они оба появляются из-за угла.
Она смотрит на меня с любопытством.
— Привет.
— Здравствуйте, — говорю я.
— Это Шарлотта, — представляет меня Эйден.
Он прислоняется к стене и выглядит как человек, которому не хочется здесь находиться.
— Она работает над книгой, о которой я тебе рассказывал, и остановилась здесь, чтобы мы могли провести достаточно времени вместе.
Женщина смотрит на него несколько долгих секунд, прежде чем снова повернуться ко мне. В ее глазах теперь появился осторожный блеск. В ее зеленых глазах... Прямо как у Эйдена.
— Ты приглашенный автор, — восклицает она.
— Да, это я.
— Это Мэнди, моя сестра, которая сомневается, что мемуары – это хорошая идея.
Она бросает на него еще один раздраженный взгляд, прежде чем снова повернуться ко мне. Земля под моими ногами слегка дрожит, как это бывает, когда находишься на неустойчивой поверхности.
— Ты пишешь о нашей семье, — говорит она.
— Да, в той части, которая касается Эйдена и компании, — говорю я. — Эйден будет иметь полный контроль над содержанием первого черновика, как и ты, если согласишься на интервью со мной. Все, что вы не хотите видеть в книге, может быть вырезано.
Она медленно кивает.
— О. Это хорошо.
— Я понимаю, что ваша семья пережила многое, — отвечаю я.
Рискованно говорить об этом. Наверное, было бы разумнее обходить стороной тему их отца и его длительного тюремного заключения. Тему, которую мы с Эйденом до сих пор не затрагивали.
— Я не хочу сыпать соль на ваши семейные раны. Совсем наоборот.
— Мне нравится, как это звучит, — говорит Мэнди.
Она все еще смотрит на меня с тревогой в глазах.
— Идея книги меня ... пугает.
— Я понимаю. Все, с кем я работала, были напуганы. И нервничали. Чемпион мира по покеру, инвестор в сфере технологий, участница шоу «Настоящая домохозяйка»... Даже если книга была их идеей, и они привыкли делиться своей жизнью.
— Ты работала с «настоящей домохозяйкой»? — Мэнди широко раскрывает глаза. — С какой? И ты можешь мне все рассказать?
Я смеюсь.
— Наверное, не все, но многое, да.
Эйден отталкивается от стены.
— Давай не будем пугать Шарлотту. По крайней мере, пока.
— Я просто поддерживаю разговор, — говорит Мэнди с важным видом, и она мне сразу нравится. — Но да, мне пора. У меня зарезервирован столик в ресторане. Эйден, я оставила документы на столе вон там.
— Спасибо, — говорит Эйден. — Я попрошу юристов их просмотреть.
— Спасибо!
Она целует его в щеку, машет мне на прощание, и вскоре входная дверь закрывается за ней. Я иду к лестнице. Эйден следует прямо за мной.
— Итак, ты познакомилась с Мэнди, — говорит он.
— Могу я взять у нее интервью?
— Откуда я знал, что ты спросишь об этом?
Он вздыхает.
— Это возможно. Но только на ее условиях, если она вообще согласится.
— Спасибо. Я говорила серьезно о том, что мы сможем вырезать то, что вам обоим не понравится.
— Хорошо.
Мы доходим до верха лестницы. Его спальня в одной стороне, моя – в другой. Я протягиваю руку и хватаюсь за перила. Металл приятно холодит мою разгоряченную кожу.
— Должна признаться, на секунду я подумала...
Я пожимаю плечами и не договариваю. Я не должна этого говорить.
Эйден поднимает бровь.
— Что ты подумала?
Я заставляю себя улыбнуться.
— Что это пришла твоя девушка. Я пыталась подняться наверх, чтобы не помешать вам.
— Какой ужас!
Он качает головой.
— Ты думаешь, я приведу сюда женщину, пока ты здесь живешь?
— А почему бы и нет? — спрашиваю я в ответ. — Я всего лишь твой литературный раб. Ты всего лишь мой заказчик. Это твой дом. Ничто тебе не мешает развлекаться.
— Верно. И мы просто профессионалы, — повторяет он, но теперь он стоит ближе, чем был несколько мгновений назад.
— Я помню.
— Мы пожимали друг другу руки.
— Конечно.
Он не отводит взгляда. Я тоже не хочу проигрывать в этом молчаливом противостоянии. Его рука лежит на перилах рядом с моей. Всего в нескольких сантиметрах.
— Я не буду приводить сюда своих девушек, — говорит он, — и ты тоже.
Мне легко с этим согласиться. Я не думала о свиданиях с тех пор, как приехала в Лос-Анджелес. Мне было совершенно не до этого.
Все мое внимание поглощено Эйденом.
— Будем вести целомудренный образ жизни, — говорю я и протягиваю руку.
Эйден долго смотрит на нее, а потом с ироничной улыбкой качает головой.
— Это последнее, в чем я хотел бы с тобой согласиться, Хаос.
Но он прижимает свою большую руку к моей, и при этом простом контакте меня пронзает прилив жара.
— Не встречаться с кем-либо другим.
— Я не это имела в виду, — шепчу я.
Но наши руки так и остаются переплетенными.
Его губы изгибаются в улыбке.
— Правда?
Глава 19
Эйден
Я скрещиваю руки на груди.
— Этого не произойдет.
В глазах Шарлотты горит вызов. Она сидит за кухонным столом, между нами стоят остатки еды, которую я заказал на ужин.
— Мы должны затронуть эти темы в книге. Они имеют решающее значение для понимания твоей истории.
— Я очень много работал, чтобы дистанцироваться от всего этого.
— Эта история поможет тебе.
— Это снова привлечет внимание общественности к этому делу, — говорю я.
Потребовались месяцы, а то и годы, чтобы новости о «Титан Медиа» перестали быть исключительно негативными.
— Я понимаю, — говорит Шарлотта.
В ее умных голубых глазах отражается то же разочарование, которое испытываю и я. Ее блокнот, в который она любит делать записи во время наших разговоров, лежит рядом с ноутбуком.
— Это можно сделать тактично. Просто выслушай меня, ладно?
— Я слушаю.
Ее губы слегка искривляются. Она, должно быть, считает, что я недостаточно внимателен. Я откидываюсь на спинку стула и скрещиваю руки на груди.
— Люди, которые купят эту книгу... Они уже знают о суде и приговоре твоего отца?
— Да.
Я произношу это слово с трудом.
— Хорошо. Значит, упомянув об этом в своих мемуарах, ты не рассказываешь им ничего, чего они уже не знают.
— Ты разговариваешь со мной, как с пятилетним ребенком, Хаос.
Она закатывает глаза.
— Да, но иногда это может быть необходимо.
— О?