— Э.? — спрашиваю я. — Мое имя слишком длинное?
— Это код, — говорит она саркастическим тоном.
— Его, должно быть, трудно разгадать. Я получаюсь каким-то слишком эгоцентричным.
Я переворачиваю еще несколько страниц и нахожу день, когда она пришла в спортзал. Тогда у нее тоже был с собой блокнот.
— Тренируюсь с Э., — читаю я вслух. — Он встает нелепо рано. Вероятно, принимает холодный душ и слушает аудиокнигу на скорости 6x. Невыносим в спортзале. У него белые кроссовки с черными шнурками. Кажется, любит качать бицепсы. Мышцы и тщеславие явно важны для него. Какая сенсация! Боже, он такой придурок.
Я смотрю на нее.
— Я придурок?
— В тот момент ты был придурком, — говорит она и выхватывает у меня блокнот.
Она закрывает его с тихим щелчком.
— Тогда я была раздражена твоей уклончивостью. С тех пор я получила гораздо более точную информацию.
— Это меня и беспокоит.
Она качает головой, но улыбается.
— Верно.
— И, — добавляю я, наклоняясь к ней, — может, тебе стоит поработать над ведением записей? Мы встретились в спортзале девятнадцатого, а не четырнадцатого.
— Мои записи всегда безупречны, — говорит она и кладет руку мне на грудь.
Через тонкую ткань моей рубашки я чувствую теплое давление ее ладони.
— Я знаю, как делать свою работу. Может, тебе стоит лечь спать, чтобы завтра ты мог нормально выполнять свою?
— Еще не так поздно.
— Достаточно поздно, — говорит она и сползает с кухонного стула.
Я смотрю, как она идет к лестнице, прижимая к груди блокнот и ноутбук.
— Спокойной ночи, Эйден, — бросает она через плечо.
— Спокойной ночи, Хаос.
Только закрыв дверь своей спальни, я осознаю значение ее слов в отношении ведения записей в блокноте.
Я достаю из заднего кармана кошелек. Вынимаю маленький листок из «Ред Рок Резорт» с номером телефона, написанным наклонным почерком. Если ее четверки похожи на девятки... Есть вероятность, что она с самого начала дала мне свой настоящий номер.
Глава 20
Шарлотта
Я, усталая, лежу в постели, когда вижу уведомление на своем телефоне.
Неизвестный номер: Привет. Это Эйден из «Ред Рок Резорт». Отлично провел время в ту ночь. Извини, что так долго не писал, твои четверки похожи на девятки. Надеюсь, тот корпоративный тип в Лос-Анджелесе, на которого ты устроилась работать, не слишком большой козел.
Я перечитала сообщение, и шок сменился тупой паникой.
Он пытался позвонить. Но, должно быть, попал на кого-то другого или на номер, который не обслуживается.
Он пытался позвонить!
Он подумал, что я его отшила? Дала ему фальшивый номер?
Я вспоминаю наше общение за обедом с тако.
— Ты просишь мой номер? — спросил он тихим голосом, полным сарказма.
Я подумала, что он ведет себя как придурок. Напомнил мне о нашем предыдущем общении и о том, как он спросил мой номер, но так и не позвонил и не написал.
До сих пор.
Твои четверки похожи на девятки.
Нет, не похожи.
Ну, может, немного. Особенно если я пишу быстро и соединяю цифры. Я поворачиваюсь на бок и снова просматриваю сообщение.
Это меняет все и не меняет абсолютно ничего. Я чувствую себя как на иголках. Энергия пронизывает меня и заставляет желудок сжиматься.
Та ночь, которую мы провели вместе... Это не может повториться. Мы оба это знаем, и я знаю это больше, чем он. Он руководит «Титан Медиа», и, сознательно или нет, его семейная компания разрушила мою жизнь. Я никогда больше не буду спать с Эйденом.
Даже если притяжение все еще есть. Я пытаюсь похоронить его под профессионализмом. Конечно, помогает то, что он мастер в том, чтобы раздражать. Но оно все еще есть. В моменты, когда его глаза искрятся или мы спорим, я как будто снова оказываюсь в том ресторане на курорте.
Кто такой настоящий Эйден?
Парень у камина в потертой кожаной куртке и с бородой? Или мужчина в костюме с пятидневной щетиной, который спорит так, как будто это его работа, потому что это так и есть?
Мои дрожащие пальцы набирают ответ. Я не должна. Я должна удалить его сообщение и притвориться, что оно никогда не приходило, притвориться, что оно не дошло до меня.
Но мы в одной лодке. Эти мемуары должны быть великолепными, а осталось всего полтора месяца.
Я: Боюсь, он немного придурок. Но не волнуйся. Я настойчива. У него огромный дом, в котором я могу остановиться, так что это плюс. И великолепный бассейн.
Я нажимаю «Отправить», выпускаю телефон из рук, и он исчезает среди подушек и пушистого одеяла. В комнате слабо пахнет цитрусовыми из встроенного ароматизатора и, хотя я смертельно устала, я лежу без сна, ожидая сигнала телефона.
Это занимает всего несколько минут.
Эйден: И теперь ты пишешь мемуары, чтобы еще больше раздуть его эго? Не похоже на хорошую идею, Хаос. Тебе следует уехать из большого города. Жизнь в глубинке тебе очень шла.
Проходит всего секунда, и под ним появляется еще одно сообщение.
Эйден: Я пытался дозвониться несколько раз.
О.
Мое сердце бьется, и пальцы летают по телефону.
Я: Забавно, но раздутое эго – еще одна вещь, которая тебя объединяет с тем корпоративным придурком, с которым я работаю. Я уже говорила ему об этом, но он просто смеется.
Эйден: Может, я просто хочу, чтобы ты чаще меня ругала. Может, мне это нравится.
Я: Наслаждаться конфликтами — это так по-мужски.
Эйден: Конфликты? Мы не ссоримся, Хаос. Мы спорим. Считай это прелюдией.
Я: Это совершенно точно не прелюдия.
Эйден: Нет, наверное, это не так, учитывая, что я написал тебе только после того, как мы начали работать вместе. Как жаль.
Я: Так лучше. В любом случае, мы не подходим друг другу.
Эйден: А кто тебе подходит?
Я: Я скажу тебе, какой тип мне нравится, если ты скажешь мне, какой тип нравится тебе.
Я нажала «Отправить», не обдумав свое решение. В комнате царит полная тишина, за исключением тихого гула работающего кондиционера. Единственный источник света – мягкое голубоватое свечение экрана моего телефона.
Интересно, Эйден тоже в постели? Прямо в конце коридора. А может, он работает за ноутбуком, который всегда под рукой.
Впервые я была в Лос-Анджелесе на вечеринке «Титан Медиа» по случаю выхода шоу «Риск». На этот раз я здесь с генеральным директором «Титан Медиа». Какая ирония...