Его рука скользит мне под юбку, обхватывая колено.
— Как дела?
— Хорошо. Я работала.
Он напевает.
— Не жалеешь о том, что произошло вчера?
Я смотрю в окно.
— О том, что я тебе рассказала?
— Да.
— Может быть. Не знаю. Я еще не решила, как к этому отношусь.
Он усмехается, и меня снова поражает, как мне с ним легко.
— Хорошо. Ну, дай знать, когда решишь.
И все. Без лишних слов я каким-то образом понимаю, что мы не будем говорить об этом снова, пока я не буду готова.
— Расскажи мне о доме.
— Он расположен в Малибу у океана. Папа потерял его при разводе, а мама не хочет там надолго задерживаться. В основном она живет у себя в Сономе. Ей там нравится, и это позволяет ей отдалиться от здешней светской жизни.
Мы проезжаем мимо высоких пальм, окаймляющих жилые улицы, и живописной зелени вдоль Каньон-роуд, и вот наконец океан начинает выглядывать из-за горизонта. Эйден включает радио, положив руку мне на колено. Я чувствую на коже тепло солнечных лучей и напеваю песню, оставляя позади удаляющийся город и все связанные с ним обязательства. И все сложности, которые существуют между нами. Они тоже растворяются вдали.
Эйден подъезжает к большим кованым железным воротам в каменной стене такой высоты, что я не вижу, что за ней. Я выглядываю.
— Ты здесь вырос?
— Да.
В его голосе слышится улыбка. Он набирает код, и ворота распахиваются, открывая нам вид на изогнутую каменную подъездную дорожку.
Перед нами большой белый дом, расположенный прямо у пляжа, с синими ставнями на окнах.
Эйден паркуется, а я выхожу из машины, чтобы полюбоваться этим местом.
— Как, — выдыхаю я, когда он присоединяется ко мне, — ты вообще мог отсюда уехать? Дом твоей мамы в Сономе, должно быть, просто сумасшедший, чтобы превзойти это.
Он обнимает меня за талию и целует в висок.
— Да ладно. Все самое интересное вообще-то позади дома.
Он не лжет. Крыльцо выходит на большую террасу, за которой начинается задний двор, а дальше – только пляж и глубокий синий океан.
Я с глухим стуком ставлю сумку.
— Боже мой.
Эйден сменил костюм на темно-синие брюки и футболку с короткими рукавами, на лице у него квадратные солнцезащитные очки.
Он выглядит до боли красивым. Спортивный и похожий на себя самого, каким он бывает, когда никто не смотрит. Широкоплечий, решительный, обласканный солнцем.
— Хаос, — говорит он и протягивает мне руку. — Пойдем в воду.
— В воду?
Его улыбка становится шире.
— Давай я покажу тебе, как кататься на волнах.
Воздух теплый, вода холодная. Прекрасный день для серфинга, и я не могу поверить, что у него есть такая возможность, что он мог бы делать это каждый день, если бы захотел.
Судя по довольному выражению его лица, держу пари, он был бы не против.
Я занималась серфингом всего раз и была по-настоящему ужасна. Но Эйден, похоже, не против моей неопытности. Я беру запасной гидрокостюм, и мы держимся ближе к берегу, чем профессиональные серферы, катающиеся на больших волнах дальше в океане.
— Почему ты не делаешь это каждый день? — спрашиваю я его.
На нас обрушивается волна. Вода сверкает, и я чувствую привкус соли на языке. Я улыбаюсь ему, и он улыбается в ответ.
— Что ты сказала? — кричит он.
— Почему ты не делаешь это каждый день?!
Он смеется.
— Честно говоря, сам не знаю, Хаос. Не знаю.
Мне дважды удается встать на доску. Он громко кричит, пытаясь мне что-то объяснить, и в конце я, смеясь, падаю в прибой. Адреналин захлестывает меня.
— Это было невероятно!
Он ухмыляется мне.
— Ты выглядела как профессионал.
— А теперь ты мне врешь.
Он обнимает меня за талию под водой.
— Ты хорошо выглядела, Хаос. Счастливой. Нам нужно делать больше таких вещей. К черту офис.
Я целую его.
— К черту офис.
Он ухмыляется и поднимает лицо к небу.
— К черту весь мир!
Позже он заворачивает меня в полотенце и прижимает к себе на широкой веранде, где я прислоняюсь к его обнаженной груди, и солнце купает нас в своем тепле. Я все еще в бикини. Моя кожа все еще соленая.
Он полон заразительной энергии – его прикосновения легкие, а губы всегда на открытом участке моего тела – в волосах, на виске, на щеке. Я поворачиваюсь и обнимаю его за талию, прижимаюсь губами к его все еще небритому подбородку и шепчу о том, что чувствую с тех пор, как мы покинули холмы Бель-Эйр.
— Я не хочу возвращаться в город.
Он прижимает меня к себе крепче, бедро к бедру, грудь к груди.
— Тогда мы не вернемся, — просто говорит он.
Я знаю, что это неправда, но закрываю глаза и притворяюсь, что верю. Притворяюсь, что это может длиться вечно.
— Мне нужно кое-что тебе сказать, — говорит он, и это разрушает наш волшебный момент. — И мне нужно за это извиниться.
Глава 54
Эйден
Она застывает в моих объятиях.
Вдали солнце начинает садиться, озаряя небо буйством красок. Мне нужно это сказать. Даже если это разрушит наш мир. Мне нужно, чтобы она знала.
— Эйден...
— Джеффа уволили. Я уже тебе говорил.
Я целую ее в висок.
— Я провел большую часть утра на совещаниях. Блейк больше у нас не работает.
Она выпрямляется, ее взгляд устремляется на меня.
— Что?
— Он уволен, приказ вступает в силу немедленно. Сезон «Необитаемого острова», в котором он снимается, все еще будет транслироваться. Я не могу от этого отмахнуться. Но после этого он больше не появится в проектах «Титан Медиа» до конца своих дней.
Она медленно качает головой.
— Ты правда это сделал?
— Да. Ты не против?
Я внимательно смотрю на ее лицо.
— Тебе все еще... все равно?
— Забочусь ли я о нем? Конечно, нет.
Она выдыхает.
— Вау. Спасибо тебе за это. Ужасно благодарить тебя за то, что ты оставил двух людей без работы, но...
— Не расстраивайся, — говорю я. — Это было мое решение. Я возьму это бремя на себя. Не тебе его нести. Не после того, что они оба с тобой сделали.
Она снова выдыхает, и складка между ее бровями смягчается.
— Хорошо. Спасибо, Эйден.
— У меня также была встреча с моими финансовыми консультантами и бухгалтерами.
Я протягиваю руку и откидываю назад ее все еще влажные, жесткие от соли волосы.
— Ты мало заработала на «Риске».
Взгляд ее становится настороженным.
— Что ты имеешь в виду?
— То, что ты мне рассказала. Песня? Футболки?
Мой голос непроизвольно повышается, но я стараюсь взять себя в руки.
— Тебе должны были за это заплатить.