Текст ниже ненамного лучше.
Эйден Хартман, сын осужденного за мошенничество миллиардера Альфреда Хартмана (да, того самого), похоже, нашел девушку. И это не супермодель или европейская наследница.
Еще одно фото. На этот раз это я, плачущая и в истерике, стою перед Блейком у бассейна. Тушь размазалась, рот открыт. Я знаю, какие слова готовы вырваться из меня.
Но я твоя Сладкая..
Шарлотта Ричардс сделала «Риск» мировой сенсацией. сладкая, о которой говорят у кулеров по всему миру, стала залогом беспрецедентного успеха шоу. После съемок в реалити она держалась в тени, но, похоже, жизнь в центре внимания ей еще не надоела.
Мои руки дрожат, я сжимаю телефон. В центре внимания. Я оглядываюсь, но никто не пялится на меня и не перешептывается с друзьями, показывая на меня пальцем.
На всякий случай я натягиваю кепку пониже.
Паранойя – это самое ужасное. Я так упорно старалась ее преодолеть, избавиться от ощущения, что за мной постоянно наблюдают, что-то шепчут, обращают на меня внимание.
С каждым годом я все меньше впадала в панику в многолюдных местах. Но это? Смогу ли я снова это повторить?
Пройдет совсем немного времени, и это доберется и до моей семьи. Такие вещи разрастаются, становятся популярными в соцсетях. Кто-то видит это и пересылает кому-то другому.
Разве ты не учился с той девчонкой?
За пятнадцать минут это может быть переслано родственнику или другу детства в Элмхерст. А значит, мои родители узнают все через несколько часов. Может быть, через день. Но не позже.
Паника охватывает меня ледяной рукой. Я выезжаю с парковки и начинаю движение в сторону Бель-Эйр. Но проезжаю мимо дома Эйдена и продолжаю движение.
Бесцельно пролетаю поворот за поворотом. Мой телефон звонит. Я слышу его, но игнорирую.
Мемуары, толстая пачка бумаг, засунутых в конверт из плотной бумаги, лежат на пассажирском сиденье рядом со мной. Мне нужно доставить их, прежде чем я смогу... прежде чем я смогу что-либо сделать.
Мой телефон звонит в пятый раз, и я смотрю на экран, чтобы узнать, кто это. Эсме. Моя лучшая подруга детства.
Я отвечаю.
— Привет.
— Только что увидела, — говорит она.
На линии тишина, словно сказать больше нечего. Может, и правда? Нужно ли что-то еще говорить?
— Не знаю, во что ты ввязалась, — говорит она своим спокойным, собранным голосом, — но я рядом, если понадоблюсь.
От этих простых слов у меня перехватывает горло. На глаза наворачиваются слезы, и я изо всех сил пытаюсь их смаргивать. Но одна все равно вырывается, скатываясь по щеке.
— Все это так ужасно, — шепчу я.
— Ах, Шарлотта. Как бы мне хотелось тебя обнять, — говорит она, и от этого я плачу еще сильнее.
Я не останавливаю машину, не сбавляю скорость. Как я это делала годами. Просто продолжаю ехать.
— Откуда ты узнала?
Она колеблется лишь мгновение.
— Тара увидела это в соцсетях и переслала мне. Какое-то видео.
Тара – ее невестка. Все как я и ожидала. Друзья отправляют ссылки друзьям – эта невидимая сеть, которая всегда распространяет сплетни.
— Не могу поверить, что это снова происходит, — говорю я.
— Твои родители, — тихо говорит она. — Они знают?
— Уверена, какая-нибудь добрая душа сообщит им. Они знают, что я... я пишу его мемуары. Но не о...
— Ах. Прости, Шарлотта.
Короткая пауза, и я вытираю щеку. Слишком много эмоций бушует во мне, я не могу разобраться в них, не могу справиться с их скоростью и напором.
— Ты в порядке? — спрашивает она. — В смысле, почему это произошло? Он управляет «Титан Медиа», Шарлотта.
И вот оно. За мягким тоном ее голоса я отчетливо слышу осуждение. Тебе следовало бы хорошенько подумать. Это глупое решение, Шарлотта.
— Мне нужно идти, — говорю я.
— Шарлотта...
— Спасибо за звонок. Поговорим позже.
Я вешаю трубку и останавливаюсь у тупика, окруженного высокой живой изгородью, которая скрывает дома стоимостью в миллионы долларов.
Я снова открываю сайт таблоида. Тот, который мне прислал Эрик. Он обновлен.
«Стар Базз Ньюс» обратились за комментарием к команде Эйдена Хартмана. Сам мистер Хартман сказал «Стар»: «У нас с мисс Шарлоттой Грей нет никаких отношений, кроме профессиональных. Она фантастический писатель, и я полностью уверен в ее мастерстве, которое позволит ей написать отличные мемуары».
Мой взгляд скользит по строчкам. Никаких отношений, кроме профессиональных.
Никаких отношений, кроме профессиональных. Никаких отношений, кроме...
Никаких.
Он все отрицает.
Моя первая реакция – это гнев, а затем из глаз льются потоки слез. На этот раз я их не контролирую.
Заголовок – это позор для него.
Он слишком часто высказывал свое мнение о звездах реалити-шоу во всеуслышание. Он не особо уважает производство своей компанией шоу знакомств, но терпит это, потому что это оплачивает счета и радует рекламодателей. Потому что его личные чувства не имеют значения, важна только компания. Ее выживание. И его чертова фамилия.
Та самая, которую он так хотел восстановить.
Никаких отношений, кроме профессиональных.
Он не заставил себя долго ждать, чтобы это заявить. Сколько прошло? Час? И он уже четко обозначил свою позицию.
Я смотрю на часы. Он все еще на работе, но, судя по его постоянным звонкам, очень хочет со мной поговорить. Скоро он приедет домой.
Я жму на газ.
СОЦИАЛЬНЫЕ СЕТИ
@yogiyara: Помните Сладкую? Она охмурила мужчину, который ВЛАДЕЕТ «Риском»! Вот это да, игра в долгую.
@digitaldaisy: Честно говоря, дико уважаю эту девчонку. И кто теперь посмеялся последним?!
@starbuzz: Можем подтвердить, что миллиардер Эйден Хартман (помните, как он сидел рядом с отцом во время скандального судебного процесса?) теперь встречается с девушкой «сладкой» из первого сезона «Риска». Сложно сказать, кто в итоге оказался в проигрыше!
Глава 62
Эйден
Заседание совета директоров созывается в срочном порядке.
Это последнее, чего я, черт возьми, хочу сегодня. Шарлотта не отвечает на мои звонки и сообщения. И она не разговаривала ни с кем из моей команды с тех пор, как Эрик позвонил и рассказал ей обо всем этом дерьме.
Он признался, что сообщил ей плохие новости, с вызовом на лице. Смело с его стороны, учитывая, как я зол. Какого черта он не подождал, чтобы я сам мог поговорить с ней?
— Дайте ей время, — сказал он так, как будто знает ее лучше меня.
Бесит!
И вот теперь я сижу здесь, лицом к лицу с советом директоров. С теми, кто мне больше всего не нравится, с теми же, кто постоянно мешает мне вернуть «Титан Медиа» на лидирующие позиции в отрасли. Некоторые члены совета директоров больше заботятся о своей репутации и статусе, чем о бизнесе.