— Нет, не продалась, — твёрдо сказала Адель. — И не собираюсь.
Саша встала, подошла к ней и обняла за плечи.
— Тогда пошли завтра в универ с высоко поднятой головой. Пусть на себя сначала посмотрят.
— А если он снова появится? — прошептала Адель.
— Значит, на этот раз ты посмотришь ему в глаза и решишь — хочешь ли ты знать правду. Или продолжать играть в его игру.
Глава 13. Подарок.
Коридоры были не такими уж многолюдными, но Адель ощущала на себе всё то же напряжение — взгляды, шепот, оценка. Саша с Ильёй задержались, и она шла одна. Хотелось просто дойти до аудитории и спрятаться за столом, не встречаясь ни с кем взглядом.
Но не успела она свернуть за угол, как её окликнули:
— Адель. Ну здравствуй.
Никита. Он стоял, облокотившись на стену, с привычной ленивой ухмылкой. На этот раз в его взгляде сквозила язвительная насмешка.
— Слушай, а ты хорошо устроилась. Отказываешь таким, как я, а сама, оказывается, совсем не бесплатно учишься. — Он сделал шаг ближе, голос понизился, стал липким. — Кто он, а? Твой таинственный благодетель? Или просто богатенький дядя, который решил тебя "поддержать"?
— Ты не знаешь, о чём говоришь. — Голос Адель дрогнул, но она выпрямилась.
— Да брось, милая. Хватит строить из себя святую. Может, ты просто хотела на более высокий уровень. Я не в обиде. Мы же все хотим комфорта...
Но договорить он не успел.
— Отойди от неё.
Холодный, тяжёлый голос разрезал воздух. Из тени в конце коридора шагнул Стас Волков.
Никита замер. На его лице на мгновение промелькнуло нечто похожее на страх, который он тут же попытался скрыть, но… все знали — со Стасом лучше не связываться.
— Волков… — Никита выдавил, выпрямившись. — Всё нормально. Мы просто...
— Ты больше ничего говорить не будешь. — Стас подошёл ближе, его взгляд был стальным. — Ты больше не подходишь к ней. Никогда.
Никита отвёл глаза.
— Понял.
Он быстро развернулся и скрылся, не оглянувшись.
Весь коридор на секунду застыл в безмолвии. Те, кто стоял неподалёку, делали вид, что заняты своими делами, но слушали каждое слово. И тогда Стас, не повышая голоса, но с такой уверенностью, что его слышали все, сказал:
— Я устал от этих разговоров. Всем вокруг — совет: займитесь своей жизнью.
После этих слов он повернулся к Адель и, не спрашивая, взял её за руку. Твёрдо, уверенно, как будто защищал её не только от других, но и от всей этой глупой игры.
— Пойдём, — сказал он просто. И увёл её из коридора, оставив за спиной гул шепота, который внезапно стал пугающе тихим.
Он не отпускал её руку, пока не убедился, что они вдали от чужих глаз. Лишь когда за спиной захлопнулась тяжёлая дверь холла, Стас остановился. Просторное помещение было почти пустым — здесь давно не проводили пары. Лишь мягкий свет пробивался сквозь высокие окна, заполняя тишину.
Адель всё ещё чувствовала, как у неё подрагивают пальцы.
— Ты… — начала она, но слова застряли в горле. — Зачем ты это сделал?
— Потому что не позволю, чтобы к тебе кто-то так относился. — Голос Стаса был ровным, но в нём сквозила ярость. — Ты ничего плохого не сделала. И ты не обязана оправдываться. Ни перед кем.
— Но я и правда не знала… — Она опустила взгляд. — Я думала, я на бюджете. А теперь… даже не знаю, чему верить.
Он смотрел на неё внимательно, напряжённо. Пальцы сжались в кулак.
— Адель, это неважно. Кто платит, как платит — плевать. Ты здесь не из-за чьих-то денег. Ты умная. Ты сильная. Ты заслужила это место.
Она вскинула глаза — и встретилась с его взглядом. Впервые — по-настоящему близко. В этом взгляде не было надменности или пренебрежения. Только тревога и что-то странно… личное.
— А почему тебе не всё равно? — спросила она чуть тише. — Ты же обычно не вмешиваешься.
Он хмыкнул, отвёл взгляд — но совсем ненадолго.
— Потому что ты... другая.
Пауза.
— И, черт возьми, я уже не могу это игнорировать.
Сердце у Адель резко забилось. Как будто весь воздух в комнате исчез.
— Но почему? — прошептала она.
Он пожал плечами. Угрюмый, взволнованный.
— Не знаю. Я сам пытаюсь понять.
Они молчали. Несколько секунд — или, может, вечность.
— Тебе стоит отдохнуть, — сказал он наконец. — Завтра новый день. Я... побуду рядом, если нужно.
— Спасибо, — тихо сказала она. — За всё.
Он не ответил. Только кивнул и, не прикасаясь больше, развернулся и вышел. А дверь за ним снова закрылась.
Оставив Адель с дрожащим сердцем и пугающей мыслью: