Зимний кампус был по-прежнему шумным. Но сегодня у входа к главному корпусу было чуть иначе: почти ожидание в воздухе.
Саша первая заметила фигуру в длинном пальто, с распущенными волосами и уверенной, хоть и вымученной, походкой.
— Это она, — прошептала Саша, толкнув Илью. — Адель.
Адель остановилась, вдохнув морозный воздух. Сердце стучало громко. Ещё неделю назад ей казалось, что она не сможет больше сюда вернуться. Но теперь — она здесь. Сильнее, чем прежде.
Саша подбежала к ней и крепко обняла.
— Ты вернулась. Слава богу. Ты вообще видела, что Волковы выложили?
— Видела, — кивнула Адель, чуть смутившись. — Это… это многое значит.
Илья тоже обнял её по-дружески.
— И ты многое значишь. Все, кто на твоей стороне — с тобой. А те, кто шепчется по углам, скоро переключатся на другую драму. Держись.
— Я держусь, — сказала Адель. — И у меня теперь есть не только чувства, но и выбор. И я им воспользуюсь.
Саша улыбнулась, словно впервые за долгое время увидела в ней ту же девочку, которую знала раньше. Только теперь — взрослее. Гораздо.
Стас сидел на террасе, с чашкой чёрного кофе, глядя на утреннее солнце, поднимающееся над горизонтом. Телефон лежал рядом, но он уже видел новость. Ту самую.
Заявление Волковых.
Они сделали это. Прямо, ясно, открыто.
Он перечитал финальный абзац снова:
«…Мы признаём её как выбор сердца. И если этот выбор сделан — мы будем его защищать».
Губы Стаса едва заметно дрогнули. Это был не просто текст. Это был его отец, который никогда не говорит лишнего. И его мать, которая всегда переживала молча. Они не просто встали на его сторону — они встали рядом с его выбором. С ней.
Он закрыл глаза на миг, позволив себе почувствовать нечто похожее на благодарность, боль, усталость и надежду — всё разом.
Телефон завибрировал.
Сообщение от Кирилла.
«Она в универе. Пришла. Держалась уверенно. Саша с ней. Все, кто на твоей стороне, рядом. Дыши.»
У Стаса перехватило дыхание.
Он потёр шею, встал, медленно прошёлся по комнате.
Адель… вернулась.
Значит — она не сломалась. Значит — она ещё верит. Или хотя бы хочет верить.
Он подошёл к камину, глядя в огонь.
— Прости, что не смог сказать всё сам. Что сделал так сложно. Но я… не отпущу тебя. И теперь, похоже, не один в этой борьбе.
Он схватил куртку, достал телефон, набрал Кирилла:
— Подготовь всё. Я еду.
— Уже догадался, — отозвался друг. — Тебя тут все заждались. Особенно она.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов