— Можем сказать, что я нанесла серьезные увечья коллеге.
Артур безразлично мазнул взглядом по ее лицу и отвернулся, сложив руки на груди.
— Дети, не ссорьтесь, — устало вздохнул Илья. — Что насчет растраты бюджетных средств? Скажем, для охоты ты потратила сто тысяч.
— Я же не дура, верить, что Библиотека компенсирует такую сумму…
— Констанция, ради всего святого! — воскликнул Илья. — Нам нужно убедить в этой ошибке не тебя, а Лену. Она не слишком высокого о тебе мнения, не думаю, что все это вызовет подозрения.
В разговор снова включился Кинг:
— Зачем нам вообще объяснять? Пускай речь идет о загадочном документе с некими доказательствами, и не важно, что там будет на самом деле. Мы можем просто дать подсказку, где искать.
Илья одобрительно хмыкнул. Констанция задумчиво кивнула.
Когда план был утвержден, Артур покинул кабинет Ильи, «забыв» плотно закрыть дверь.
Констанция прошла к шкафу, чтобы оказаться ближе к выходу, и решительно сказала:
— Илья, ты не можешь так поступить со мной.
Она старалась говорить громко, но не наигранно, чтобы Лена не догадалась, что это была лишь постановка.
— Неблагодарная! — отозвался Илья.
Он оттолкнулся от письменного стола и подошел к ней чуть ближе.
— Ты понимаешь, что я прикрываю твою задницу?
— Ты хочешь сохранить документ, из-за которого меня могут уволить. Хорошее прикрытие!
— Ты должна понимать, что я не могу просто избавиться от него! От этих бумаг зависит поимка Калиостро!
Он начал повышать голос, будто бы на эмоциях, и Констанция тут же подхватила его тон.
— Да мне плевать на Калиостро! Я хочу, чтобы ты сжег эти бумаги! Не могу поверить, что тебе плевать на все, что между нами было! И ты готов пожертвовать мной ради охоты! Проклятый карьерист!
Илья приблизился к ней.
— Да я постоянно жертвую чем-то ради тебя! Но это слишком! Ты понимаешь, что эти бумаги гарантируют, что мы поймаем Калиостро в ближайшую неделю? Это такая мощная зацепка, что у него не будет шансов!
— А мне что прикажешь делать? — она добавила истеричных ноток в голос, но не осталась довольна.
С такими актерскими талантами ее потолок — аниматор на детских утренниках. Вот Илья справлялся лучше, его реплики звучали куда естественнее.
— Не косячить больше! Работать нормально! Мне надоело постоянно закрывать глаза на твои нарушения и выгораживать перед руководством!
— Тогда выбирай: или ты уничтожишь эти документы, или можешь вообще… забыть о нас!
— Я бы с радостью забыл о тебе, — заявил Илья громко. — Но не могу. И уничтожить документы не могу. Только можешь не переживать, я не собираюсь никому их показывать. Никто не увидит эту папку. Мы поймаем Калиостро, и тогда я ее уничтожу. А пока бумаги будут лежать в моем сейфе. Через пару дней, максимум — через неделю охота завершится, и тогда я сожгу их.
Нет… все-таки, их обоих не возьмут в театральный.
Констанция несколько мгновений молча глядела ему в глаза, без особой надежды пытаясь вызвать у себя слезы.
Стал слышен шум машин, проезжающих по Московскому проспекту, тиканье часов на полке.
— Обещаешь?
— Да. Поймаем Калиостро благодаря этим бумагам, и я их уничтожу, и никто не узнает о твоем провале. А пока они будут в моем сейфе.
— Хорошо. Пока, Илья. Я пошла.
Показалось, или из коридора раздались какие-то звуки вроде торопливых шагов и скрежета стула по полу? Можно было надеяться, это Леночка поспешила отлепиться от двери и занять свое рабочее место.
Констанция обменялась с Ильей многозначительными взглядами и пошла прочь.
В коридоре глянула на Лену с демонстративной тревогой, и та спрятала довольное лицо за папкой с документами. Констанция скрестила пальцы, чтобы это была не улыбка в честь их бездарной с Ильей игры, а подлая радость коварной заговорщицы.
Эпизод 8. Глава 1
Эпизод 8. «Дорогой читатель, я вышла за него»
— У меня тут… ситуация.
Констанция оторвала голову от подушки и посмотрела на экран телефона. Звонил Аврелий. Времени было шесть утра. Снова прижала сотовый к уху и хрипло спросила, что случилось.
— Ну короче…
— Да, если можно, то короче, я планировала спать еще целый час.
— А, ну, придется отложить это дело и подкорректировать планы. Я практически дочитал Джейн Эйр.
— В шесть утра?
— Я работал над своей книгой, — затарахтел стажер, — уснул в Библиотеке, проснулся полчаса назад и понял, что домой уже не поеду, писать свое уже тоже больше не могу. Решил почитать.
— Ну? И?
— Короче, разрыв случился, но не так, как мы планировали.
Констанция простонала в подушку. Рассказ Аврелия мог бы быть содержательнее. Но нет, он, как истинный писатель, предпочитал оставлять гигантский клиффхэнгер в конце каждой фразы, чтобы она мучилась догадками и нетерпеливо ждала продолжения.