Они обменялись понимающими улыбками.
Эпизод 2. Глава 3
Чуть позже Констанция все же набрала Кинга и попросила прийти к ней в кабинет, как только сможет.
— К вам в кабинет? — уточнил он.
— Да, вы легко его найдете. Просто идите на запах самого удобного кресла в Библиотеке.
В глубине души Констанция надеялась, что он уже ушел домой, но, похоже, работая в Основном Фонде, Артур был вынужден задерживаться. Она злорадно улыбнулась этой мысли.
Он явился через четверть часа. Вплыл в ее владения с неизменной ухмылочкой, спрятав руки в карманы.
— Вы должны быть рады, — заявил он, окидывая ее фигуру. — Вам досталось лучшее кресло в этом городе, а возможно — и в стране.
— Я рада, — ответила она без эмоций, устраиваясь поудобнее.
— Чем могу быть полезен? — Артур прошел к полкам, которые все еще оставались пустыми.
Там появилось лишь несколько новых книг и полученная на день рождения Благодарность от Библиотеки в рамке.
Констанция тяжело вздохнула. Текст, разумеется, был подготовлен заранее, но перед лицом Артура слова застряли в горле.
Со хлопком она опустила на стол книгу «Джейн Эйр», что привлекло внимание Кинга. Он поднял брови, ожидая объяснений.
— Я испробовала несколько способов создать разрыв.
Она кратко пересказала все, чему ее подвергла Мила, и что попробовала сама.
— Мне нравится ваша решительность и настойчивость, — прокомментировал это Кинг.
— Но ничего не вышло. Думаю, мне нужны более продолжительные эмоции.
— Понимаю… — кивнул Артур, и по его тону было ясно, что он ничего не понимает.
— Я размышляла, что заставляет меня остро чувствовать, сразу подумала о вас, — и торопливо добавила: — никто не злит меня так, как вы, поэтому хочу попросить вас сесть рядом и говорить или делать что-то раздражающее, пока я читаю.
Он издал недоверчивый смешок, а затем с сомнением сказал:
— Констанция, я не думаю, что это получится. Я не умею специально вас сердить. К тому же, чаще всего не понимаю, из-за чего именно вы злитесь.
Она встала, подвинула стул для посетителей к своему креслу и сказала:
— Не сомневайтесь в себе, Артур. Уверена, вы справитесь, — и похлопала по спинке.
— Вы придумали ерунду.
— Очень хорошо, продолжайте в том же духе, — кивнула она, усаживаясь обратно за стол.
На деревянной поверхности, помимо романа, лежало два ловца. Если верить исследованиям, присутствие ловца увеличивало вероятность разрыва. Констанция думала взять больше, но Христофора Николаевна бросила «не положено», и оставила ее разочарованно вздыхать.
«Джейн Эйр» уже была открыта на нужных страницах, когда Кинг все же прошел к стулу и опустился на него, положив ногу на ногу.
— И что я должен делать? — уточнил он с сомнением.
— Просто будьте собой, — отозвалась Констанция, впиваясь взглядом в текст.
Откровенно говоря, одно лишь его присутствие вызывало в ней напряжение и беспокойство. Это волнение, которое обычно злило и утомляло Констанцию, теперь оказалось очень кстати.
— Я должен что-то говорить? — уточнил Артур после паузы.
— М-м, даже не знаю. Погодите. Пока достаточно того, что вы громко дышите…
Он глубоко вздохнул.
— Еще лучше… — прокомментировала она.
И еще пару минут читала, воображая, что и в книге речь шла не о Егоре, а об Артуре.
Не работало.
Она тряхнула головой, решив иначе подойти к делу. Констанция стала читать, представляя, будто Егор знал о присутствии Артура. Его бы, наверное, задело, что она не испытывала ничего, читая о друге, но ощущала всплеск эмоций от одной только близости Кинга.
На мгновение почудилось, что между ней и книгой появилась странная, необъяснимая связь, но наваждение прошло мгновенно. Точно так же она ощущала себя, когда пыталась разглядывать стерео-картинки. Другие видели там то котов, то калибри, а она, сколько не силилась, сколько не подносила странную картинку к самому носу, сколько не вытягивала перед собой — наблюдала только странный пестрый принт. Однако порой, после долгих попыток «расслабить глаз» или позволить изображению задвоиться, ей казалось, что она почти видит… что вот-вот из этого многоцветного месива появится прекрасный лебедь… вот… кажется… но увы. До сих пор этого ни разу не случилось.
Констанция сердито шлепнула обложкой об стол.
— Вы были моей последней надеждой.
Она подперла голову кулаком. Констанцию можно было назвать целеустремленным человеком, но даже она теряла энтузиазм и веру в успех, если раз за разом терпела неудачу.
Кинг встал, из-за чего оказался совсем близко. До Констанции донесся знакомый аромат — Nocturne №1. Артур положил руку ей на плечо, видимо, желая приободрить. Сердце Констанции встрепенулось.