— Вот вы где! О, поймали-таки, гадину! Это же персонаж, да? Снотворным бы ее…
— Валера… — выдохнула Констанция, возводя глаза к небу.
Разумеется, София тут же изменила позу с полной покорности на хищную.
— Блин, Валера! — воскликнул Аврелий.
Тот начал мямлить слова оправдания, явно не понимая, что именно сделал не так.
Химера ощетинилась, зарычала.
— Я клянусь, мы хотим только одного — вернуть тебя домой, — попыталась Констанция, но это не сработало.
София их больше не слушала. Валера стоял достаточно близко к Констанции, чтобы она смогла ударить его по предплечью. Вряд ли вышло больно: у него была какая-то многослойная болоньевая куртка, и сам он весь был рыхлый — будто пытаешься избить кучу песка. Морального удовлетворения Констанция не почувствовала. Скрючившись, чтобы укрыться от ее кулака, Валера торопливо — путаясь в безразмерных карманах — извлек на свет ловец.
— Нас трое, два ловца, она одна, — торопливо заметил он. — Куда ей деваться?
Тут он был прав. София тоже, вероятно, поняла, что даже мощь звериной сущности ей не поможет, поэтому решила использовать еще одно свое оружие. Она обратилась в человека. В женщину. В обнаженную женщину.
Всякий раз, когда София обращалась из человека в зверя, ее одежда рвалась, терялась, в общем, вела себя в соответствии с законами физики. Поэтому чаще всего обратно эта героиня обращалась в голую Софию.
По сюжету ей это досаждало, но сейчас, похоже, сыграло на руку: и Аврелий, и Валера, застыли с открытыми ртами. София подняла голову, будто бы совсем не стесняясь своей наготы. Хотя Констанция видела вызов в ее темных глазах.
На первый взгляд, план был слабым: пускай на мужчин этот фокус оказал эффект, но на единственную охотницу в их компании — нет. Однако София была умна и предприимчива.
Окинув взглядом лицо Констанции, она вдруг начала менять черты своего. Это выглядело жутко: нос начал заостряться и вытягиваться, скулы чуть разъехались, будто кто-то пытался разделить череп пополам, подбородок стал менее острым, более волевым, тяжелые веки наползли на глаза, брови чуть растеклись, будто кто-то провел акварелью по пористой бумаге, изменили форму. Пару секунд книжники наблюдали эти метаморфозы, пока не стало понятно: София приняла облик Констанции. Для верности глянула в отражение в глухом грязном окне, кажется, сделала повыше лоб и сильнее изогнула губы. Теперь точно — не отличишь. Только волосы были короткими, но она несколькими ловкими движениями зализала их назад, и вот перед ними стояла обнаженная Констанция.
Теперь челюсть отвисла у всех.
— Ну-ка, поменяйся обратно, — велела Констанция, чувствуя, что голос истерично срывается.
— Отпустите меня, и поменяюсь, — отозвалась София.
Надо отдать должное, ее тон был более уверенным. Хотя вообще-то голой во дворе перед тремя незнакомцами стояла именно она.
— Сейчас же поменяй лицо! — Констанция шагнула ей навстречу, слишком потерянная, чтобы действовать быстро и решительно.
— Отойдите на пять шагов все! — не сдавалась химера, и, видимо, чтобы усилить эффект от шантажа, приняла обольстительную позу.
Где-то рядом заскулил Валера.
Констанция не стала ждать: швырнула ловец в обнаглевшую Софию, но та увернулась. Издав короткий вопль, не отрывая взгляда от персонажа, велела:
— Аврелий, забери у Валеры ловец и кидай в Софию.
— Да ты что, как я могу! Швырнуть книгой в живого человека!
— Я убью тебя! — предупредила она.
— Блин, я, если честно, закрыл глаза. Прости, но я просто не могу… это очень-очень неправильно…
— Продолжите в том же духе, — наконец, нервно, сказала София, выставив предупреждающе палец, — и я не такое сделаю. Начну танцевать или показывать приемы айкидо.
— Только попробуй… — прошипела Констанция.
— Валера будет счастлив, — ехидно ответила ей химера.
В одно мгновение Констанция, не глядя, вырвала из безвольной руки Валеры ловец — будто чувствовала, где именно тот был — и бросилась на Софию.
Метнулась, будто сама была дикой львицей, очень долго подбиравшейся к лани у водопоя.
Пара прыжков — и жертва во власти охотницы. София ничего не смогла сделать, через мгновение ее засосало в ловец.
Несколько секунд Констанция сидела на асфальте, тяжело дыша.
Затем, чуть придя в себя, медленно подняла взгляд на Валеру.
Тот все еще смотрел в пространство большими, круглыми глазами на выкате. Как же он ее раздражал!
Аврелий подошел к Констанции подал ей руку, помог подняться.
— Идем в машину, — бросила она.
Валера было тоже шагнул в их сторону, но поймал на себе такой взгляд, что замер и пробормотал: