— А куда ты едешь? — спросил Аврелий, и Констанция не стала скрывать, что намеревалась навестить Кинга.
Объяснила, что никак не могла поймать его в Библиотеке, поэтому решила приехать к нему домой.
— Уверен, он будет рад тебе, — усмехнулся Аврелий, бросив взгляд на часы.
Было только начало девятого.
— У меня нет цели радовать его.
— И ты знаешь, это чувствуется.
Эпизод 1. Глава 3
В столь раннее субботнее утро дорога до Выборгской заняла всего полчаса. Еще из машины Констанция позвонила Артуру, чтобы узнать, был ли он дома, и был ли один. Он сонно спросил, что случилось, но Констанция просто бросила трубку и уже скоро набирала номер квартиры на домофоне.
Кинг встретил ее в своем шелковом халате и кожаных домашних тапках.
— Когда вы сказали, что заедете в выходные, я и не мечтал, что вы имеете в виду «первым делом».
…И в плохом настроении.
Констанция молча сняла пальто и берет, повесила на плечики в прихожей.
— Поехать в восемь утра в выходной день через весь город и разбудить меня. У вас определенно есть свой стиль.
Он указал на гостевые тапочки. Констанция намеренно проигнорировала их и прошла босиком на кухню — или, как называл это помещение Артур, «в столовую».
Села за стол. Кинг — так же молча — включил чайник, приготовил чашки.
— Я хотела бы обсудить с вами «Джейн Эйр», — сообщила Констанция, хотя предполагала, он и так догадался, зачем она явилась.
— Самое время, — язвительно вздохнул Кинг, занимаясь чаем.
— Хватит ворчать, Артур. Это разговор не для библиотечных стен. У меня появилось время, я приехала к вам, как мы и договорились по телефону.
С минуту он молчал, насыпая в чайник сухие черные листья и заливая их горячей водой.
Наконец все же сказал:
— Для начала хотел бы подчеркнуть, что я ничего не нарушал, но никто не будет меня хвалить. Поэтому, пожалуйста, очень сильно храните это в тайне.
Она кивнула, пускай он и не видел, поскольку одной рукой держал сито, а другой наливал чай в фарфоровую чашку с птичками.
— Также мои любые объяснения станут нарушением. Я не могу рассекречивать информацию.
Он поставил чашки на стол. Черный чай подвинул к Констанции, с молоком взял себе. Сел, положив ногу на ногу, и уставился на гостью.
— Поэтому можете задать вопросы, но я не на все смогу ответить.
— Где вы взяли эту книгу?
— В Абонементе.
— Что? Не может быть.
— Как мне стало понятно, произошла некоторая ошибка и потеря данных. Эта книга не должна была оказаться в Абонементе, так как участвовала в тайных делах. Но когда Ю перестал менеджерить это, новые люди не знали, что к чему и списали в Архив. Архив не понял, почему к ним, отправил в Абонемент. Я проследил путь книги, нашел ее и принес вам.
— Почему?
— Что — почему?
— Почему принесли мне? Зачем вообще искали?
Кинг вздохнул, задумчиво посмотрел в окно, через которое уже пробивались теплые лучи. Свет утреннего солнца коснулся его щеки, заставил ресницы светиться золотом, а оливковые глаза сделаться совсем светлыми, с отчетливо заметным всполохом орехово-коричневого вокруг зрачка. Пряди, что падали на лоб, обычно то ли темно-русые, то ли каштановые, горели янтарем.
— Мне же известно, зачем вы хотели в Основной Фонд, — заговорил он, и казалось, тщательно подбирал слова. — Когда я понял, что вы туда не попадаете, захотел… сделать это для вас. Как только получил доступ к нужным документам, изучил и довольно быстро получил информацию. Узнал, что книга в свободном доступе и принес вам.
— Но объяснять ничего не стали, — прокомментировала она. — Я сама должна была догадаться, что все это значит?
Кинг несколько секунд молча глядел на нее, кажется, перебирая в голове весь мат, что успел выучить за годы жизни в России.
— А сказать «спасибо» у вас язык отвалится? — саркастично уточнил он.
Она все еще злилась, хотя и понимала, что благодарность была бы уместной.
— Спасибо, что так старательно пытались загладить собственную вину.
— Вину?
— Сокрытие факта продвижения и замену откровенного разговора попыткой соблазнения.
Артур неестественно рассмеялся.
— Попыткой?
Он хотел добавить что-то еще. Судя по недоброму взгляду — что-то неприятное, но взял себя в руки, откинулся на спинку стула и, стерев с лица любые эмоции, бесстрастно уставился на Констанцию.
— Егор в этой книге? — спросила она холодно.
— Это была бы логичная гипотеза. Вы же уже читали?