— Кинг — предположим, — кивнул в это время Ян Маркович. — Но Непейвода?
— Тебе известно, что ее подключили к этому делу, — устало-раздраженно заявил Илья, и будто совершенно потеряв интерес к записи, обошел свой стол и принялся открывать папки.
— Если это все, у меня куча дел. Бюрократическая проверка, назначенная Инспектором Внутренней Службы, знаешь ли.
Нелидов сощурился, оглядел Илью, Констанцию, затем выплюнул:
— Ее нахождение там было незаконно…
— Обсуди это с Анатолиями, которые согласовали ее участие. А мне некогда. Я итак занят охотой, а теперь еще нужно бумажной волокитой заниматься. Если у руководства будут вопросы, почему тормозится поимка Калиостро, мы все будем знать о причинах. И руководство в первую очередь.
Он многозначительно обвел рукой заваленный документами стол.
Было заметно, что Нелидов разозлен. Он явно рассчитывал на более интересный эффект. Но чтобы не выставлять себя еще большим дураком, он все же деловито подхватил ноутбук и рявкнул:
— Ищешь причины своих провалов, Торин? Поищи в своей работе! У тебя никакой дисциплины, везде бардак! Поверь, об этом Анатолии тоже узнают!
С этими словами он вышел из кабинета, громко хлопнув напоследок дверью.
Констанция была ошеломлена тем, как мгновенно, только Нелидов исчез из поля зрения, эмоции на лице Ильи сменились с измотанной скуки на едва контролируемую ярость. Замученного проверками руководителя он играл. Теперь же проступили истинные чувства.
— Илия, послушай… — начал Кинг, который, вероятно, тоже заметил эти занятные метаморфозы.
Констанция встала между Артуром и Ильей и тоже заговорила:
— Я все объясню. Просто позволь мне…
Он взорвался. Подобно злой волне, что во время шторма бросается на берег, сметая все на пути, Илья резко, грубо смахнул бумаги и прочие вещи со своего стола. Жалобно звякнула чашка, расколовшаяся на три больших осколка. Белые прямоугольные листы разлетелись, с тихим вздохом опустившись на пол.
— Это моя вина, — не сдавалась Констанция, изрядно напуганная такой реакцией, но не видевшая другого выхода, кроме как говорить с ним.
— Вон! — рявкнул Илья.
— Прости меня, я просто хотела…
— Вон отсюда! — взревел тогда он, его лицо налилось кровью.
Артур мягко подхватил Констанцию под локоть и начал уводить. Вероятно, почувствовав сопротивление, он склонился к ее уху и сказал:
— Сейчас не лучшее время. Уйдем.
Она поддалась. Не сговариваясь, оба сперва убедились, что Нелидов не завис у груди Леночки и уже покинул коридор, затем с осторожностью выглянули в холл. Заметили Яна Марковича, спускающимся по главной лестнице, переждали. Затем, наконец, вышли.
Только тогда Констанция задумчиво произнесла:
— Думаете, Нелидов успокоится? Не уверена, что ответ Ильи убедил его…
Артур остановился прямо перед ней, такой холодный и чужой. Мрачно взглянул в глаза:
— Конечно, не убедил. Можешь не сомневаться, он коллекционирует все такие вещи, чтобы достать в нужный момент и закопать под ними Илию. Мы просто… нет, ты просто добавила еще один гвоздь в его гроб.
— Не надо драматизировать, Артур.
Разумеется, он был во всем прав. Но если что-то Констанция не любила так же сильно, как быть неправой, так это признавать себя таковой.
— Разумеется. Прошу прощения, если был излишне тревожным. Уволят Илию, придет другой руководитель, верно? Нелидов, например.
С этими словами он ушел прочь, оставив Констанцию досадливо кусать губы.
Впрочем, она знала отличное лекарство от хандры, неясных неприятных предчувствий и даже от чувства вины.
— Стажер, нам нужно какое-нибудь дело, — заявила она, уверенной походкой входя в отдел охотников.
Аврелий поднял кудрявую голову от ноутбука, на котором, похоже, уснул и, засияв, как утреннее солнышко, уточнил:
— Ты сказала «нам»? — а затем счастливо пропел: — Чип-чип-чип-чип-и-дейл к вам спешат!
— Да, у меня сложилось впечатление, что тебе требуется больше практики перед самостоятельным плаванием.
— Я с тобой — хоть на край света.
— Почему мне этого никто не говорит? — вздохнула Мила, отходя от кофейной станции с чашкой, в которой напиток спрятался под шапкой молочной пенки.
— Я и с тобой — хоть на край света, — заверил ее Аврелий. — Но Конс позвала раньше.
— Вот потом позовешь, а я сама не пойду, — насмешливо отозвалась та, и только Констанция знала, что за этими игривыми, будто безразличными комментариями скрывались безответные чувства.
Впрочем, сейчас было не время думать об этом. Констанция подошла к Арине, висящей на телефоне.
— Ты зашла очень кстати, — заявила та, положив трубку. — У нас сигнал не из абонемента… — и чуть тише: — и обычно такое берет Брэдбери совместно с Основным Фондом, но у них там сегодня какой-то аврал с документами. Какая-то проверка. Ох, наверное, скоро и к нам придут…