В общем-то оба чем-то похожи: всегда приветливы, веселы, неконфликтны. Юлька — высокая статная блондинка — смирилась с мечтой похудеть. Особенно остро ее грызла эта мысль, когда она стала встречаться со Славкой. До этой встречи Юлька, как многие, перебивалась полуфабрикатами, а совместная жизнь открыла в ней кулинарные таланты. Юлька готовила совершенно запредельные блюда, а Славка, любящий поесть, был совсем не против. Ну какая уж тут диета! Славка всегда был основателен в словах и поступках. Да и в его внешности проглядывало что-то монументальное. Но внезапно скрутивший ее аппендицит и последующая операция заставили изменить меню. Юльке долгое время приходилось себя во многом ограничивать, и она наконец похудела, причем очень здорово. Мечта сбылась.
— Да, я хотела этого, но не такой же ценой! — сокрушалась она.
Славка, как мог, ее успокаивал. Мне было легко с ними. Никаких тебе самокопаний или разговоров о смысле жизни, чем грешили многие мои знакомые, особенно пропустив бокал-другой. Самое оно, когда от проблем и без того голова идет кругом и хочется наконец услышать что-то позитивное.
Но из всех наших посиделок и приключений я больше всего люблю вспоминать пикник. Во-первых, потому, что тогда единственный раз выбрались так замечательно провести время за городом. Было по-настоящему легко и весело, так что эмоций и впечатлений хватило на год вперед.
Июньское солнце, накануне по-летнему припекавшее, в тот день решило немного отдохнуть. Набежали тучки. Мы какое-то время колебались, ехать или нет, но Славка всех уговорил:
— Не сахарные, не размокнете. К тому же я тент прихватил.
Искать костровище долго не пришлось. Немного убрав площадку и натаскав хворост, стали готовить нехитрую снедь: сделали бутерброды, порезали овощи. Нас было немного: я, Юлька со Славкой, его друг Гоша и наша с Юлькой общая знакомая Лиза. Пока мы «сервировали стол», мужчины занялись шашлыками. Приблизительно через полчаса первая порция была готова. Изрядно проголодавшись, мы с удовольствием приступили к трапезе. Юлька и Славка весело перебранивались, подтрунивая друг над другом. Юльке в честь дня рождения разрешалось все.
— Давайте споем, что ли? — И она, слегка уже мимо нот, попыталась воспроизвести успевшего надоесть до зубовного скрежета «Шоколадного зайца».
Но странное дело, песня, доносившаяся из каждого включенного утюга, ни у кого не вызывала раздражения. Все дружно подхватили, а Юлька, сидевшая рядом со Славкой, поглаживая его по голове, особенно старательно выводила:
— Я шоколадный заяц, я ласковый мерзавец…
Славка не сопротивлялся.
Через какое-то время неподалеку от нас обосновалась еще одна компания. Судя по голосам, в основном мужская. Среди деревьев мелькнула тельняшка.
— Ура, десантники! — закричала Юлька. — Хочу сто пятьдесят десантников! Слава, ты меня слышишь?
— Ну, за пятьдесят я еще как-то отобьюсь, а сто пятьдесят, извини, даже мне слабо.
— Пошляк!
— Да, пьяная мать — несчастье семейства. Лиза, пожалей хоть ты меня.
— Так жалко тебя, так жалко…
В общем, веселье шло своим чередом.
Дождик, слегка попугав, так и не пролился обещанной грозой, так что мы засиделись допоздна, до глубоких сумерек.
Весь вечер балагурившая Юлька решила и сама оторваться, и других повеселить. Славка весь вечер терпел ее подколки и пытался урезонить, когда она совсем выходила за рамки.
Мы уже выбрались из леса и шли к Юлькиному дому. Славка, сначала тихо бренчавший что-то на гитаре, вдруг дурным голосом заорал:
— По полю танки грохотали…
Мы от неожиданности притихли. Буквально через минуту произошло следующее. Собака, бегущая по своим делам, увидела нашу компанию и, услышав Славкин вопль, сначала отпрыгнула с дорожки, потом подпрыгнула вверх и замерла, забыв опустить переднюю лапу. Где-то залаяла мелкая собачонка.
Через секунду вся наша компания сотрясала окрестности дружным хохотом, распугивая все живое.
Посиделки мирно завершились у Юльки на кухне.
Теперь мы все обещаем одарить Юльку на день рождения шоколадными зайцами, тем более их разнообразие в кондитерских магазинах исключает два одинаковых подарка.