Читатели тоже не отставали, один из них написал, что он всегда читает нашу газету. Иногда даже до того, как она выйдет. К своему посланию он приложил забавную фотографию: на мусорных баках было написано «русский вариант-4». Интересно было бы узнать, что собой представляют первые три? Но тут мне на глаза попалась фраза, на которую я не знала, как реагировать. На всякий случай позвонила в отдел информации.
— Я ваш материал вычитываю. Просветите меня, пожалуйста. Федеральный центр медицинской сексологии и сексопатологии действительно находится на улице Потешной?
Возникла пауза. Сначала задумались, потом засмеялись, потом выдали:
— Действительно на Потешной.
И я снова углубилась в чтение. Тут прибежал отвсек Олег Александров. Почему этот вопрос был адресован именно мне, до сих пор остается загадкой для всех. Я вычитывала текст, посвященный грядущему пивному фестивалю «Oktoberfest», так что сумеречное немецкое наречие полностью оккупировало мозги.
— Привет, ты не знаешь, как по-украински будет «небо»?
— Der Himmel, — ответила я машинально.
— Ты уверена? — Олег осекся.
— Артикль вроде бы der, точно сейчас не помню, но Himmel — точно.
— Ты уверена, что по-украински небо будет der Himmel?
— А при чем тут украинский?
— При том! Журналисты, блин!! — Он, что-то ворча себе под нос, побежал дальше.
Через десять минут он прибежал опять:
— Ты не помнишь, как переводится der Stolz?
— Честь или гордость. Что-то в этом роде.
— A auf Stolz — девственница, что ли?..
— Уйди, чудовище! Глагол aufstolz переводится как «гордиться». А девственница, чтоб ты знал, по-немецки будет die Jungfer.
— А старая дева? — не унимался Олег.
— Die alter Jungfer.
— Все-то ты знаешь.
— Я знаю все, но неточно.
Я заканчивала работу. Включила проверку орфографии. Компьютер, наверное, одурев от наших разговоров, мультиканальные системы выдал как мультик анальные. Просто песня!