Поскольку ресторан открылся недавно, официанты еще не были испорчены: обращались к посетителям вежливо и обслуживали быстро. Это тоже сыграло свою роль, когда мы решали, где будем отмечать юбилей редакции.
Макс, Димка, Алина и ребята из отдела информации были уже на месте. Наше появление вызвало оживление. И тут я на какое-то мгновение испугалась, что Димка и Морозов начнут опять конфликтовать. Эта картинка очень ярко предстала перед глазами. Они лишь сдержанно поздоровались. До начала мероприятия оставалось еще минут сорок. Морозов сначала о чем-то поговорил с Алиной, потом с отвсеком. У меня были свои дела, так что я ему не мешала. Теперь он сел за столик и молча наблюдал за нашей суетой. Народ потихоньку подтягивался. Появились первые гости. Тут надо было быть начеку: не посадить за один стол людей, которые здороваются друг с другом лишь из вежливости, или не здороваются вообще, предпочитая не замечать друг друга, или делают вид, что не знакомы вовсе. Такое в светской тусовке встречалось сплошь и рядом. По совету Макса мы заранее распределили места. Так что теперь, когда мало кто ориентировался в этой суматохе, оставалось лишь следовать ранее задуманному. Никто из гостей особо не сопротивлялся, поскольку наши расчеты оказались точными. Мы подошли к мероприятию со знанием дела и максимальной ответственностью. Лично я устала от скандалов, и мне не хотелось, чтобы кто-то, работая на публику, стал выкидывать номера. Все шло по заранее разработанному сценарию. Было ясно, что друзьям, которые давно не виделись и встретились на нашем мероприятии, будет о чем поговорить сегодня вечером.
Морозов «выдернул» меня из этой круговерти:
— Пусть мужчины потрудятся. Сядь отдохни.
— Андрюш, еще пять минут, и все начнется. Подожди.
— Ты начальница или где?
— Но ведь это общий праздник. Да и не умею я командовать и при этом ничего не делать. Сейчас подойду.
Кажется, он не совсем понял меня. Через десять минут я прибежала. За нашим столиком, кроме Морозова, сидел Килеев с женой Ладой.
— Привет! Как оно, ничего?
— Привет! Да помаленьку. Какая ты сегодня «вся такая, блин, такая»…
— Тусовка… Андрей, наливай, что ли.
— Тебе чего?
— А то ты не знаешь.
— Красного или белого?
— Красного.
Алина, как главный редактор, весь вечер принимала поздравления. Она была дамой честолюбивой, и повышенное внимание, безусловно, ей льстило. Праздник был в самом разгаре. Тут на сцену вышел Морозов. Зал замер. Морозов нечасто появлялся на светских вечеринках, так что многие были заинтригованы: как удалось его заманить? Многие знали, что у Морозова непростой характер и от него можно ожидать всего. Если ему что-то не нравилось, он говорил об этом прямо, невзирая ни на что. Но на этот раз он разочаровал тех, кто ожидал «подстав» и скандала.
— Спасибо «Столичной жизни» за то, что за время своего существования вы так и не вмешались в мою жизнь. А если это и случалось, то очень тактично. Я и не заметил. И признаться, не страдал от этого. Отдельное спасибо редактору светской хроники.
Он вытащил меня на сцену и вручил невероятной красоты букет. Мы раскланялись и под аплодисменты вместе ушли со сцены.
— Ты понимаешь, что ты сделал?
— Опять что-то не так?
— Спасибо, конечно. Но теперь от Алины можно ждать любой подлянки. Она-то ждала комплиментов в свой адрес.
— Я об этом позаботился.
— Андрюх, это принародно надо было сделать, — вмешался Валера. — Выйти на сцену и публично, в микрофон, желательно на камеру, наговорить о ней всякого хорошего.
— Да Бог с ней! Давайте сменим тему. Мы так давно не собирались вместе!
Краем глаза я увидела трех фотографов, суетившихся около Морозова и Килеева. Работают ребята и работают. Я не придала этому значения. Морозов и Валера с удовольствием им позировали, а мы болтали с Ладой. Обычные женские разговоры обо всем и ни о чем.
Расходились мы уже около часа ночи. Следующий день был выходным, можно отоспаться. Морозов только вечером поедет в театр. Я уговорила поехать ко мне.