- Из-за Анжелики успокоиться? - неровным тоном ему в грудь, Маркус напрягся, я вдыхала его запах, голова закружилась.
- Только не говори, что слышала, - звенящим низким голосом. - Ви?
Отрицательно покачала. Потерлась. Марк заметно расслабился, с тем же стискивая куда ощутимее.
- Детка, посмотри на меня, - попросил ласково и трепетно, я вдавилась в мужчину сильнее. - О, Господи, - нервозно сглотнул. - Ви, прошу. Пока я ещё, - оборвал себя. - Малыш, посмотри на меня.
Подняла залитый слезами лик, встречаясь взглядами, по-прежнему обнимая, впитывая сокращения мышц. Радужка мужчины была чернее ночи, она поймала меня в свои сети, блестящие, неспокойные.
- Марк, - прошелестела и облизнула соленые губы, не задумываясь, ногти впились в его лопатки. - Мой Марк.
Глаза Маркуса полыхнули. В миг. Один до того, как он сгорбился, черты обострились, дотронулся лбом моего.
- Господи, Вика, - скрежетнул, пошевелил челюстью. - Ты хоть понимаешь, что делаешь?
Дыхание смешалось. Зажмурилась. Электричество заискрило в нутре. Маркус дурманил. Теплом, тем, что между нами не осталось пространства. Край кухонной тумбы врос с поясницу. Чуть различимо выгнуло.
- Видимо, нет, - сделал хриплый вывод, зажал между собой и мебелью. - Детка, одумайся...
Шевельнулась, пламя, разгораясь, лизало внутренности. Коленки подкашивались. Повисла на нем. Мысли кучкой у ног рассыпались.
- Мой, - бередила, точно бередила, до страшного, засосало под ложечкой. - Мой.
Марк застонал, с надрывом, словно от боли. Распахнула глаза. Охнула от дикости в бездонных очах. Испугалась.
- Там, - тяжёлый выдох, басил отрывисто, - сейчас остынет все. А я, - ладони с талии на бедра сползли, смущение накрыло цунами, выгнуло ярче, - голоден. Черт! Вика. Пойдем, очень прошу. Малыш, - руками вверх провел, завел за спину, вниз. - Какая же ты маленькая, - всхлипнула от наплыва эмоций, горячим по ягодицам, так меня никто никогда не касался. - Ви, ради Бога, - скалился, на губы мои посмотрел, приоткрыла, судорожно вобрал кислород. - Ладно. Всего разок. На секунду. Всего, - задышал часто, - на секунду...
Теперь застонала я. Как только накрыл своими губами мои. Сладкая, невыносимая дрожь наполнила стан. Льнула к нему. Контроля не было вовсе. Мужчина зарычал. Кончиком языка по стиснутым зубам прошёлся. Не разомкнула. Трепетала. С ума сходила. Ведь вот он. Со мной. Целует, к себе прижимает. Точно во сне. Только бы не просыпаться никогда. Только бы он рядом. Не уходил, не отказывался. Про все позабыла, про обиды, про то, что неделю почти не разговаривал, про то, что узнала, про Анжелику, Нанси и Арса. Про стыд. Свитер натягивала. Дымилась костром, слезы душили.
- Ви! - просипел, отстранившись. - Детка, - неотрывно на него смотрела, не моргая, яростного; выругался. - Вопрос задам?
Я кивнула, растеряв способность говорить. Сердце заходилось в неистовстве.
- Ты, - нос Маркуса испещрили морщинки, - с кем-нибудь, когда-нибудь...
Застенчивость лавой, красными пятнами на коже распустилась. Наклонила голову, прячась за волосами. Шарахнулась бы, да некуда.
- Нет, - выдавила. - Я занята была... Учебой больше, - заикалась. - Предлагали... Чмокнули как-то, но мне не понравилось... Извините.
- Извините?! - дернулась от восклицания.
Марк отпустил и стремительно отошёл. Глазела на его спину, широкие плечи. То, как запустил пятерню в пряди, как принялся мерить шагами комнату. Глазела и была не в состоянии уразуметь, что натворила. Испортила.
- Маркус? - позвала, обуянная предчувствием, что покинет меня, хлопнув дверью.
Остановился. Присел на диван. Согнулся.
- Ему нужно было пристрелить меня, как и грозился, - заслышала, едва удерживаясь в вертикальном положении. - Она права. Я эгоистичная тварь, будь трижды проклят. Просто тварь.