Заметное влияние на развитие современной иракской культуры и на формирование взглядов подрастающего поколения оказывает театральное искусство. Несмотря на то что в стране до сих пор еще нет профессионального театра, интерес к сценическому искусству, прежде всего у местной интеллигенции, чрезвычайно велик.
За последние годы умножилось число самодеятельных коллективов. Особую симпатию зрителей завоевали труппы Современного художественного театра и Национального театра. Пьеса «Ключ», написанная по мотивам иракского фольклора и поставленная режиссером Юсефом ал-Ани, историческая драма «Юль звонит в колокола» и пьеса «Нитка» получили признание зрителей. Успех выпал также на долю пьесы для детей «Ласточка» иракского драматурга Касема Мухаммада.
Как большое событие в театральной жизни страны было воспринято рождение в 1969 году нового коллектива — «Ал-Яум». За сравнительно короткий отрезок времени артисты этой труппы показали ряд телеспектаклей, и среди них «Человек, потерявший обоняние» по пьесе Арефа Альвана — о борьбе палестинского народа за национальную свободу, «Игла и пламя» — об антианглийском восстании в 20-е годы. «Служение народу, достижение свободы и счастья» — таков лозунг молодых театральных коллективов страны.
Теми же целями руководствуется сегодня и национальная кинематография. Она еще очень молода — первый иракский цветной фильм «Навуходоносор» вышел на экраны страны лишь в 1964 году, — но уже прочно становится на ноги. Все чаще на экранах кинотеатров и по телевидению демонстрируются фильмы местного производства. Некоторые из них, например кинокартина «Ночной сторож», стали весьма популярными.
Значительной творческой удачей была признана работа молодого кинорежиссера, окончившего московский Всесоюзный государственный институт кинематографии, Гургиса Юсефа «Песнь о Гильгамеше» (по мотивам древнеиракского эпоса), повествующая о бессмертной силе человеческого духа. «Горькие апельсины» назвал Гургис Юсеф одну из своих последних кинолент, в которой показаны боевые будни арабских борцов Сопротивления.
Праздником иракского кино можно назвать состоявшийся в Багдаде в 1970 году фестиваль фильмов местных режиссеров и операторов — выпускников ВГИКа. Фестиваль проходил под девизом «За реализм в искусстве!». Все девять кинокартин, демонстрировавшихся в эти дни, свидетельствовали о стремлении их создателей к реалистическому отображению жизни. Трудно сказать, какой из фильмов следовало считать лучшим: каждый был хорош по-своему. Горячими аплодисментами наградили зрители кинокартину «Колесо и дети» режиссера Хади ал-Раун и оператора Аббаса ал-Шаляха о жизни, труде и быте простых иракцев. С не меньшим интересом смотрелись киноленты «Гнев» молодого режиссера Азиза Хаддада и «Развлечение» Абд-ал-Карима Тарика.
Современное изобразительное искусство Ирака развивается в спорах между теми, кто старается правдиво воспроизводить действительность, творчески используя богатые национальные традиции, и теми, кто увлекается модными, модернистскими течениями. Однако большинство местных художников привержены традиционному искусству и пишут в реалистической манере. Сегодня это направление возглавляют известный художник Фанк Хасан и представитель уже другого поколения — живописец Махмуд Сабри. Обращают на себя внимание произведения молодых мастеров кисти Адиба ал-Баттата, Шамсурддина Фариса, Самира ал-Байяти, Махмуда Ахмеда и др.
Очень большой популярностью в стране пользуются работы фотожурналиста Джасима аз-Зубейди. Объектив его аппарата с полным основанием приравнивают здесь к штыку и перу. Он выбирает, казалось бы, самые незамысловатые сюжеты — обыкновенная полевая ромашка в стволе винтовки или пожилой человек, сжимающий в натруженных руках автомат.
Тема справедливой войны и желанного мира, жизнь простого человека — излюбленная тема произведений аз-Зубейди. Многочисленные блестяще выполненные фотографии фиксируют эпизоды борьбы партизан на оккупированных Израилем территориях и быт палестинских беженцев, изгнанных с родных земель. На одной из фотографий крупным планом на фоне палаточного городка изображен плачущий арабский мальчик. И слезы малыша, и сам палаточный городок как бы символизируют горе и страдания людей, лишенных крова. На другой фоторафии в неуютной брезентовой палатке молодая девушка-арабка проводит занятия с ребятишками.
Я спросил Джасима аз-Зубейди, как снимались эти кадры. «Побывав на территории, оккупированной израильтянами в результате июньской войны 1967 года, и в лагерях палестинских беженцев, — сказал он, — я увидел лишения, голод и кровь, но меня поразило другое — мужество и стойкость этих простых людей, волю которых не сломили ни лишения, ни голод, ни даже смерть близких. Пока мы дышим, говорили они мне, мы будем сражаться за право жить и трудиться на своей земле.
Жизнь и борьбу арабских патриотов я и старался как можно правдивее отразить. Зачастую снимать приходилось в тяжелых условиях — с фотоаппаратом в одной руке и автоматом — в другой. Снимок иногда бывает красноречивее всяких слов. Так пусть все знают, какой дорогой ценой дается народам мир, и пусть люди берегут этот мир».
Работы Джасима аз-Зубейди получили признание и за рубежом. Его фотографии удостоены золотой медали на международной выставке в Берлине. Тепло были встречены они и на выставке в Баку, во время проходившей в Азербайджане в 1972 году Недели иракской куль туры.
В конце декабря 1969 года по приглашению министерства информации в Багдад для организации детской школы прибыли два советских балетмейстера — заслуженные артисты РСФСР Вера Михайловна Станкевич и Вениамин Сергеевич Зимин. Работа по отбору учеши ков была чрезвычайно кропотливой. Советские педагоги объездили всю страну и из 800 мальчиков и девочек признали годными для занятий 60. Были трудности и иного порядка — связанные с местными традициями В Ираке девочки с малых лет носят абайю, а тут им предстояло выступать на виду у публики в балетных пачках… «Разъяснительные» беседы нужно было проводить не столько с будущими артистами, сколько с их родителями и родственниками.
И вот спустя два месяца состоялось официальное открытие.
«Дорогие гости! Сегодня мы покажем вам всего несколько букв нашей танцевальной азбуки. Пока эти буквы выводятся еще не очень уверенно, но пройдет время, они оформятся в настоящее искусство, которое будет называться иракским классическим балетом», — с такими словами Вера Михайловна Станкевич обратилась к тем, кто 24 февраля 1970 года пришел на первый в истории Ирака концерт классического танца первой в стране Государственной детской балетной школы.
Станкевич и Зимин сумели подготовить со своими маленькими питомцами несколько номеров. Девочки и мальчики под бурные аплодисменты присутствующих, среди которых находились родители и близкие юных артистов, показали движения у станка и закончили выступление полонезом. Фото- и кинорепортеры с удовольствием снимали на пленку этот необычный для Ирака концерт.
На следующий день местная газета «Багдад Обсервер» писала: «Мы благодарны советским педагогам и в их лице Советскому Союзу за искреннее желание помочь нашим детям познать мир прекрасного и создать первую в нашей стране национальную школу классического балета».
Приблизительно в то же время в Багдаде отмечали и двухлетие первой в Ираке Государственной детской музыкальной школы. Отзвенели последние звонки, улеглись волнения после очередных экзаменов, но к радости воспитанников школы примешивалась и некоторая грусть: предстояло расставание с преподавателями — советскими музыкантами, приложившими немало усилий, чтобы привить своим ученикам любовь к музыке.
Когда-то, на церемонии открытия школы, выпускник московской Государственной консерватории иракец Хусам Якуб сказал: «Очень приятно, что именно советские педагоги взяли на себя нелегкий труд — помочь нам создать свою национальную детскую музыкальную школу». Наши музыканты с честью справились с этой задачей.
Сейчас детскую музыкальную школу посещают не только иракские дети, но и дети из других арабских стран. Обучение в классах струнных инструментов длится семь лет, в классах духовых и народных инструментов — пять.