И вот уже спустя два месяца я могу держаться против директора в течении пары минут и даже контратаковать его. Долгими вечерами в тренировочном зале я выработал свою технику боя, комбинируя быстрое перемещение по полю боя, щиты под острым углом, призванные сместить удары с курса, но не остановить их до конца, а также связки из быстрых заклинаний.
Сам я пока не настолько владею стихийной магией, чтобы она нанесла какой-либо вред оппоненту, так что использую вспышки пламени, небольшие водные шары, порывы ветра и остальное только для защиты.
Как и с обычным колдовством, если нарушить целостность летящих в тебя чар, то они достаточно быстро развеятся. Поэтому я стараюсь создавать свои заклинания либо прямо внутри потока магии директора, либо так, чтобы один поток пересекся с другим.
Огромный плюс тут возымело мое магическое зрение, активируемое мной в самом начале тренировки и работающее до самого ее конца. Видеть магию — просто невероятный плюс.
Что происходит со мной прямо сейчас? Перед февральскими праздниками, вернее, длинными выходными с двенадцатого по пятнадцатое февраля, Дамблдор решил устроить мне экзамен.
Теперь не только я комбинировал несколько разделов магии, пытаясь достать противника, но и сам он отправлял в меня и стихию, и чары. Как итог, я, с работающим щитом, который приходилось постоянно поддерживать концентрацией на потоке магии в карточку, иначе меня просто закидает лучами, прыгаю по залу, отражая сотни языков пламени и ударов электричеством.
Уже две минуты из пяти, которые мне нужно продержаться для сдачи, прошли. Но Дамблдор только начал разгоняться.
— Твою маааать! — заорал я, когда меня накрыло волной пламени. На этом попытка проваливалась. Я не пострадал, даже одежда не подгорела, но вот боль была самой настоящей.
— Ты слишком много думаешь, — сказал директор. — Доверься магии, она подскажет что делать.
— Как-то не получается, — проворчал я.
— Дело практики, — пожал плечами он.
— Вот только сейчас у меня не получается конкретно выжить.
— Да ладно тебе, две минуты сорок секунд, это твой рекорд. Еще раз пять и дойдешь до минут четырех.
Он точно надо мной издевается.
— Еще раз пять и я двигаться не смогу.
— Сможешь, я помогу, ну давай, отдохнул? Продолжаем.
Стоило мне выпрямиться и перевести взгляд на профессора, как он тут же продолжил атаковать.
Как и обещал, через пять попыток, я продержался четыре минут, на чем меня и отпустили. Мне показалось, или Дамблдор в последней попытке дал мне фору и первые минуты полторы вообще не напрягал. Ну да ладно, хоть что-то я да умею.
— После выходных перейдем к работе с нормальной дуэльной магией. А то щит это конечно хорошо, но уметь нормально драться — залог выживания, — добавил он перед тем, как его окутало пламя феникса и он исчез.
— Я не доживу до лета, — сказал я и лег на спину как морская звезда. — Надо было еще в первый день прикинуться идиотом, тогда бы никто ничего и не требовал бы.
***
— Как прошло? — встретила меня в гостиной Тори. — Хотя, можешь не отвечать. У тебя копоть на лице.
— А? Да. Проще найти, где ее нет, — рассеянно ответил я. Хотелось просто лечь и помереть. Вот бы мне тоже феникса, чтобы переноситься откуда угодно в мягкую постель.
— Ляжешь так спать, и я тебя ночью побью, — сказала Астория, уперев руки в бока, когда я намеревался пойти отдыхать. — Живо в душ, потом прыщи выводить неделю будешь, весь грязный и потный.
— Мы же в мире магии, тут зелья есть…
— Не спорь.
— Как скажешь. — И не собирался я спорить, я вообще спорить не люблю, а тем более уставшим.
Идея принять душ оказалась просто гениальной, горячая вода смыла все фантомные боли вместе с грязью, так что вышел я оттуда хоть и все еще полумертвым, но хотя бы не таким несчастным.
— Рассказывай, что было? — спросила Гринграсс. Уже вечер и кроме пары старшеклассников в гостиной не осталось никого.
— Да все как обычно, только в режиме беги или умри, — отмахнулся я.
— Прямо так гонял?
— Ага, продержаться пять минут под постоянной атакой.
— Судя по тому, что ты здесь, а не там, у тебя получилось?
— Отпустил на четырех, — отмахнулся я. — А ты чем занималась весь вечер?