До моего слуха донесся болезненный крик Джейка и звяканье металла об землю. Обернувшись, я увидела две рассеченные раны от когтей вдоль всей руки, из которой активно сочилась горячая кровь, окропляя холодный меч, лежащий на земле. В ту же секунду я подскочила к нему и отвлекла кошака около него пинком, пока Джейк берёт в руки меч.
Недовольная гиена тут же кинулась на меня, но ошарашенная я пропустила этот момент и тут же поплатилась за это, ощутив адскую боль в ноге. Зубы гиены вонзились в мягкую плоть бедра, вовсе не собираясь его отпускать. Собрав все свои немногочисленные силы, я удержалась на ногах и вонзила клинок в центр головы огромного зверя и я почувствовала облегчение, когда гиена свалилась передо мной мешком.
Теперь перед нами были две гиены. Первая гиена была без единой царапины и бодро ходила вокруг нас, готовясь к прыжку. А вот напавшая на меня еле как стояла, истекая кровью.
Пока я потеряла бдительность, собираясь помочь напарнику, раненая гиена не потеряла шанс и накинулась на меня, повалив с ног. Её рычащая морда, со свисающей слюной из пасти оказалась прямо перед моим лицом. Перед падением клинки выпали из моих рук и я оказалась безоружна. Попытки оттолкнуть её от себя не увенчались успехом и я мысленно уже начала прощаться с жизнью и взглянула ей в глаза.
Чёрные, как сама ночь, зрачки уставились на меня и в то же мгновение я окончательно застыла, поразившись её взгляду. Ни боли, ни жалости, ни страха — ничего я не смогла прочесть в них, кроме страшной ненависти. И самое главное — эти эмоции словно не принадлежали глупой гиене, а являлись самыми что ни на есть человеческими и искренними. От ошеломления я не смогла пошевелиться и лишь завороженно смотрела на её окровавленную морду, пока та готовилась к окончательной атака.
И когда её острые клыки оказались прямо перед моим лицом и она уже открыла пасть для укуса, раздался неприятный хруст ломающихся костей и её тело безвольно съехало с меня и вместо гиены передо мной стоял окровавленный Джейк, подавая мне руку.
— Пошли умоемся.
После мытья в ледяной воде и перематывания различных ран я чувствовала себя измотанной, перед глазами то и дело сгущались черные пятна. Но для отдыха еще было рано и несмотря на наше состояние — мы двинулись дальше.
Оставшееся время в пути прошло довольно спокойно, не считая моих бесконечных попыток совладать с больной ногой и не запинаться о каждый камень. Для Джейка же и вовсе словно не было этой битвы и единственным напоминанием о ней служили перемотанные кисти, он двигался так же уверенно и бодро, как и всегда до этого, продолжая насмехаться над моей хромотой и больным видом.
Через несколько дней пути под ясным ночным небом, усеянным множеством ярких звезд — величавые стены Эверстоуна встретили уставших нас своим гордым видом. Сонные стражники, узнав в нас типичных странников, пропустили нас без вопросов, лишь пробормотав заученный текст про то, что столица рада любому путнику и уточнив у них, где ближайшая таверна, мы пересекли ворота.
Ни одно слово не вышло из нас от жуткой усталости, валящей с ног. Переступала порог таверны уже с замкнутыми глазами и в полудреме. В моих воспоминаниях не осталось ничего после порога заведения, лишь темнота.
Сон окружил меня серебристыми деревьями, манящими к себе и тихо шепчущими своими прелестными листьями. Во мне воцарился покой, моё тело словно превратилось в пушинку и я медленно парила над ним, обретя полное душевное равновесие. Ступни щекотала нежная листва, отчего-то разгоряченные щеки обдувал прохладный ветер и я впервые за долгое время смогла вздохнуть полной грудью, но как только я это сделала — всё стремительно принялось мрачнеть у меня на глазах, листья превращались в горстку пепла и опадали на прогнившую землю, из которой медленно выползали омерзительные червяки. Из крон деревьев принялась течь чёрная густая кровь, окромляя все вокруг. Страх окутал меня и я не смогла пошевелиться, лишь наблюдая за полнейшим хаосом. Земля принялась трястись и меня швырнуло вниз, вся кора в один миг резко начала трещать и трухлявые ветки посыпались на меня с оглушительным грохотом и последовала темнота.