— А как этот хист узнать? Ну вот ты говоришь, что он ему важен. А как понять, что это за вещица такая? Что мне надо делать, чтобы стать сильнее?
— Хист всегда действий требует. И рано или поздно себя проявит, — с уверенностью заявил Витя, словно только и делал, что консультировал по данному вопросу.
Жаль. Сидеть на заднице ровно и ждать у моря погоды никогда не было моей главной стратегией по жизни. Когда он еще себя проявит? Хорошо, если завтра, а вдруг через месяц?
— Раз так, то собирайся, прогуляемся.
— Куда это? — испуганно спросил Витя, пытаясь вжаться в стену. — Я вообще, чтоб ты знал, Миша, существо больше домашнее.
— Потому жиром и заплыл. Нужно вернуться на место преступления, возможно, что мы там что-то найдем.
— Может не надо? — почти умоляюще попросил жиртрест. — Вдруг мы там и правда что-то найдем. Давай я лучше тут посижу?
С каждой новой минутой я все больше начинал понимать про этого пассажира. Ему бы чтобы потеплее, да посытнее, глядишь, так всю жизнь и просидишь. У меня была ровно обратная философия существования. В другое время я бы с таким человеком, в смысле, с нечеловеком, дел не имел, но сейчас жизнь диктовала свои условия. Жиртрест не просто сто сорок кило непонятного желе, но еще и ценная информация.
— Это что, ты, получается, ко мне в сожители набиваешься?
— Миша, так я жутко полезный. И разговор поддержать могу, и песни петь, про жизнь рубежную, опять же, много чего знаю. Собаки у тебя нет, а у меня сон чуткий. Ну и вообще…
Что именно «вообще» жиртрест пока придумать не успел, поэтому образно взмахнул своими бесформенными руками.
— Таких как ты, Виктор, обычно называют тарелочницами. Прости, в твоем случае тарелочниками. Что до совместного проживания, тут надо посмотреть, вдруг ты храпишь или вообще не очень приятный в быту чело… все никак не привыкну, нечисть. Ну, и у меня есть определенные условия. К примеру, если я говорю что-то, то это надо делать.
— Да я же только за. Я вообще самый деятельный из жиртрестов. Сколько раз это против меня оборачивалось…
— Так вот, деятельный, сейчас мы поедем туда, где я вчера получил этот хист и поглядим, какие следы нечисти или кого-то другого там могли остаться.
Витя тяжело вздохнул, но на этот раз спорить не стал. Больше того, до машины дошел «своим пешком». То ли забылся, то ли действительно после дармовых харчей сил в нем прибавилось. Правда, в трехдверную «Ниву» залез с трудом. Мне мою «Вишенку», которую я называл так по причине темно-вишневого цвета, даже жалко стало. Пусть и машина не новая, ей почти пятнадцать, но находилась она в хорошем состоянии.
— Пристегивайся, — сказал я.
Сам тем временем открыл ворота, выгнал авто и затворил все за собой.
— Маленькая машина, — сокрушался Витя. — Надо бы побольше.
Я почему-то вспомнил вчерашний разговор с Кирпичем. Самое забавное, я мог бы купить какую-нибудь иномарку. Или, что для наших мест более характерно — подержанный внедорожник. Тот же «Паджеро Спорт» или «Сотый Крузак». Да, пришлось бы постараться, чтобы найти живую машину, вот только подобное не входило в область моих приоритетов. Да и «Нива» нравилась.
— Погоди, — сказал я и вернулся в дом.
Вышел уже с захваченной «Сайгой», которая хранилась, как и подобает, в оружейном сейфе. Не сказать чтобы я часто пользовался карабином, но периодически выезжал пострелять по банкам и чистил в минуты раздумий и душевных тревог. Что характерно — здорово успокаивало.
Мы затряслись по нашему бездорожью, направляясь к Первому Краснофлотскому переулку, чтобы уже после выбраться к улице героя войны Никиты Головни. В этом плане Ржев вообще был как живой памятник — куда ни кинь взгляд, везде ты найдешь отголоски самой страшной войны нашей Родины, хотя уже почти век прошел с тех событий. Из ветеранов в живых остались единицы, многое забылось, но все же уж слишком сильно переплелась война с этим местом, до сих пор то случайно, то нарочно напоминая о себе слабыми отголосками.
— Расскажи мне про твой хист. У нечисти он тоже у каждой свой? — спросил я.
Вообще мне казалось очевидным, что пока жиртрест рядом (кто знает, вдруг он решит сбежать), то этим надо пользоваться. Ты же не будешь смотреть только тик-ток ролики, когда у тебя под рукой все знания мира, скомпилированные в интернете? Хотя, в данном случае сравнение действительно не очень удачное.
— У нас по-другому. Это называется природная магия. На весь род одинаковая. Черти, вот, везучие, с ними в карты лучше не играть, русалки способны любого очаровать, а мы можем морок насылать. Не только мы, само собой, есть и посильнее нечисть, те же вии, но чем богаты…